– Её ещё вчера товарищ мой снимал – Майк, -напомнил Данила.
– Может быть, может быть, но его я не помню, реально не помню… ты же по утру, уже спрашивал о нем, -сказал бармен. -А девочка твоя, Сонечка, на работу сегодня не вышла. Её ночью лесбиянки с Управы сняли, на несколько часов купили, так она с ними и уехала, а сегодня вот на работу и не вышла, -грузно вздохнул бармен. -Походу себе девчонку оставили.
– Как это купили да оставить решили… она что зверюшка какая-то?
– Так сейчас же указ новый вышел, а спорить с Управой о всяких юридических тонкостях как-то желания нет, понимаешь?.. -покачал головой бородач. -Да может и вернут ещё, наиграются да вернут. Мне и самому обидно, Сонька девка молодая, можно было бы и денег поднять, а её вот забрали.
Больше Данила вопросов не задавал, да и спрашивать было уже нечего. Он заказал ещё по рюмке (текилы и кальвадоса) и получив свой заказ, направился обратно за столик. И едва он достиг своего стола, ещё не успев присесть, Надя встретила его нетерпеливым вопросом:
– Ну что, сказали хоть что-либо?.. Где Сонечка, где?! -руки её терзали сами себя, теребили воротник свитера, в жадном негодовании впивались в волосы.
– Не знает он, -понурив голову, стараясь не выдавать всех нюансов, буркнул Данила.
– Как же так… как же? Пропала моя доченька, пропала! -склонив голову и прикрыв лицо ладонями, она тихо заплакала.
– Сказал, что на смену сегодня не вышла.
– И домой она не явилась… не пришла домой доченька, не пришла! -пуще прежнего разрыдалась Надежда.
Несколько минут Данила молчал, а когда плач женщины стих и вытерев глаза она взглянула на него, только тогда он решил как-то её успокоить:
– Пока ничего плохого не случилось-то и убиваться не стоит, негативные мысли они ведь только плохое притягивают, а все будет хорошо… найдется Соня, точно знаю найдется! Ведь сама же говорила, что за черной полосой всегда белая следует, всегда!.. -на долгую томительную минуту времени, за столом воцарилось молчание и когда истерика Нади окончательно миновала, а слезы высохли, Данила продолжил: -Я вот что ещё хотел предложить: у меня магазин есть, бакалейный, на рынке, так вот Светлане – продавщице моей, как раз помощь-то требуется, давно она уже просила напарницу, не справляется сама, народа много, а рук не хватает. Пойдешь работать ко мне?.. -он вновь остановился, посмотрел на женщину, а та молча кивала каждому слову и какой-то оптимизм расплывался на лице у нее, и он продолжил: -Все одно лучше чем полы в школе протирать да насмешки выслушивать, да и зарплата побольше-то будет! Так как?..
– Я согласна, -продолжая кивать ответила Надя. -Согласна!
Ещё с пол-часа они цедили по рюмке спиртного и в этом процессе он рассказывал ей о работе, её тонкостях, графике, грядущей зарплате… Надя внимала каждому слову, задавала вопросы, слушала ответы и коль было что непонятно, она вновь переспрашивала. По пристальному взгляду, по жажде узнать все до самых мельчайших деталей, было видно её неудержимое рвение. Договорились на том, что завтра к дести утра она придет в магазин и на несколько часов заступит на стажировку, а через день, если её все устроит выйдет на полноценную рабочую смену.
– Спасибо вам огромное, спасибо! -начала раскланиваться Надя. -И завтра же вечером, сразу после работы, в полицию вновь пойду, я их достану, примут они у меня заявление, -говорила она уже бойко, с пылом в сердце да задором в словах. -В жизни этой надо бороться: за счастье, за будущее, за ребенка своего, да за все надо сражаться и надежду не терять!
Когда последняя капля была выпита, а все нюансы завтрашнего дня были оговорены, Надя ещё несколько раз поблагодарила Данилу и решила идти домой, набираться сил на предстоящий трудовой день, да ждать свою доченьку. Данила вручил денег на такси и пошел провожать её к выходу.
В коридоре стоял тот же самый охранник, только взгляд его уже был не суровым и увидев Надежду он коротко улыбнулся да извинился пред ней. Данила отворил двери и они вышли на улицу, и едва нога переступила порог бара, как свежий ветер обдал его тело, уличные огни врезались в глаза, а шумный гвалт вечера заменил ритмы джаза.
Все было как и прежде: выпившие компании, уличные проститутки, торговцы суррогатными веществами, студенты ищущие приключений, бездомные в ожидании милостыни и отдаленные сигналы клаксонов. На той стороне дороги Данила увидел такси и это был тот самый Форд, модели Т-34, на котором он приехал сюда, он будто и вовсе не уезжал, а лишь сменил место парковки. Он улыбнулся и показал Наде одиноко скучающую машину, на той стороне улицы. Женщина нежно улыбнулась, на несколько долгих мгновений вцепилась благодарными глазами в спасителя и коротко ему поклонившись, развернулась да побежала к черному Форду: руки её крепко прижимали сумочку к серому свитеру, растрепанные волосы ещё более растрепались в потоках легкого ветра, а ножки буквально пружинили по пешеходному переходу, будто горделивая лань скачет по зеленым лугам. Сияющий белый автомобиль возник из неоткуда и словно стрела врезался в Надю. Почти не сбавляя скорость он протащил её метров двадцать, а когда тело её выкатилось из под черных колес, машина набрала ещё больше скорости и стремительно скрылась из вида.