«Честолюбивые порывы не видят преград, они возносят нас до самых небес, им неведаны законы природы. Правила не для них, это выдумка, фантазия таких же тщеславных персон, честолюбивых порывов, но которые должны уступить, освободить место новым, открыть двери будущему… Именно оно, честолюбие, творит прогресс в этом мире. Только оно, честолюбие, топчет былые устои, плюет на мораль, совершает открытия и делает этот мир лучше. Благодаря ему человек выжил, стал развиваться, закрепил свое господство на этой планете, смог покинуть её пределы и увидев из далека её, осознал, что граней не существует. Стремления людские раздвигают любые рубежи, они не знают границ, смотрят за горизонт. А стоит появиться каким-либо правилам, возникнуть новым порядкам, ограничениям, так сразу же прогресс замирает, мир топчется на месте, а потом, начинает медленно ползти вниз и вот он уже на всех парах несется с горы, вниз, на самое дно. Выходит в чем-то прав мой товарищ, прав тщеславный ублюдок… ведь прав!» -проносилось в голове у Данилы, пока склонившейся к его уху Лева, не прервал сей поток размышлений.
– Дань, леденцы которые ты на стол клал, -начал шептать Лева, -ты их забрал или нет, где они?.. Если да, то дай знать… это важно.
Рука Данилы опустилась в карман, пошарила там, но ничего не нашла, больше запасов конфет не осталось. Вторая рука, машинально скользнула в другой карман, но и там конфет не было, только лежала какая-то бумажка, значения которой он не придал. Данила отрицательно покачал головой.
Скулы Левы сжались, зубы скрипнули, глаза сердито прищурились, от чего очки немного сползли вниз по носу; он поправил очки, перевел дыхание, широким глотком осушил остатки бокала, закусил кислым лимоном и громко хлопнул рукой по столу.
– Господа! -повышенным тоном обратился Лева. -Хотелось бы минуту вашего внимания.
Разговоры затихли, стеклянная трубка легла в сторону, беззаботные лица, в мгновение ока, превратились в серьезные и все смотрели на Леву.
– Этим вечером, да буквально только что, у нас был диалог… о дисциплине, порядке, о мелочах и их важности. С Володей вот общались… -Лева кивнул в сторону товарища. -И сегодня, я не первый раз подчеркивал важность мелочей в нашей жизни и роль дисциплины во время войны. Ведь так?!
Все одобрительно закивали.
– И вот этим вечером, может час назад, мой товарищ выложил на стол две конфеты, два ядовитых снаряда, вручил нам оружие врага… -на доли секунд Лева призадумался, поправил осунувшиеся очки и продолжил: -Я не однократно говорил, что употребление их не допустимо, категорически неприемлемо в нашем кругу. Говорил же?..
– Было дело, -буркнул здоровяк.
– Но конфеты со стола исчезли и товарищ мой их не брал. Кто взял эту дрянь?
Двое напротив Левы отрицательно завертели головами.
– Шеф, да у нас своего добра-то хватает и чистый, хороший продукт, -верзила пожал плечами и предъявил свою трубку.
Володя как-то сник, опустил голову и промолчал.
– Ну мы ведь взрослые люди, не будем же карманы сейчас выворачивать… зачем этот цирк? -Лева слегка приподнялся и пробежался взглядом по своим подчиненным.
Только сейчас, Данила увидел, что напротив никто не сидит: стул был пустой, Лилит куда-то пропала, ушла, испарилась. Как и когда она исчезла он не заметил, куда она могла уйти он не знал. Она просто бесследно растворилась, подобно легкому ветру слившемуся с окружающим воздухом. «Может она конфетки взяла, девушки-то сладкое любят, хотя леденцы эти…» -Данила усмехнулся своей мысли. Глаза его ещё раз скользнули вперед, на стул за которым сидела Лилит, но ни её, ни желтой трости там не было.
Тем временем Лева стоял в полный рост и осуждающе смотрел пред собой, прямо в покрасневшее лицо Володи. Тот же, стиснув зубы и крепко сжимая свои кулачки, стоял как вкопанный, не смея пошевелиться, а тем более что-то сказать. Рука Левы легла ему на плечо и приблизившись почти что вплотную, Лева повторил свой вопрос:
– Ты взял эту дрянь?
– Да я… -начал и тут же запнулся Володя.
– Давай доставай, -похлопывая того по плечу произнес Лева.
– Я только попробовать хотел, -еле слышно выдавил из себя Володя и достал из кармана штанов две конфеты.
– Попробуешь, попробуешь, -сказал Лева и присел на место.
С виноватым видом Володя продолжал стоять на своем прежнем месте, впившись ногами в пол, а руками в штаны, конечности его, словно корни деревьев соединились с землей.
Лева налил бренди в свой бокал, аккуратно взял сахарницу с центра стола, посыпал дольки лимонов и склонив голову призадумался. Все молчали, сквозь окружающую суету чувствовалось тяжелое дыхание и сердцебиение каждого за этим столом. Лева сделал широкий глоток, за раз осушив половину и закусил лимоном, с большой горкой сахара; после, он подкрутил правый ус и как-то сурово ухмыльнулся. Напряжение спало. Володя присел.