Выбрать главу

– Трое на одного? Вы победили, можете гордиться! Но у меня вопрос – сами-то вы зачем рыскаете возле этого дома, а? Думаете, никто не знает? Ошибаетесь…

Он подошёл к забору, ловко, как они это делали в школьные годы, перемахнул через невысокую изгородь, зашагал в лес, исчез в густых ёлках.

Макс пытался отряхнуть свою одежду – всё было мокрое, в грязи, в прилипших веточках и листьях, а он сегодня, как назло, оделся с иголочки – в полдень ждали покупателей двух биглят, Алекс сейчас готовила собак, документы, и ждала его.

– Я не могу вот так домой заявиться… – в ужасе говорил Макс.

– Пойдём к нам, что-нибудь тебе подберём, – сказал Серж, Макс кивнул.

В современной, очень красивой столовой, обставленной по проекту Анатоля, Макс умылся, смазал свои ссадины на руках йодом, Серж дал ему новые джинсы, которые купил от жадности на распродаже в городе и которые были ему нещадно длинны. Анатоль выдал свою старую, но чистую куртку, куртка в плечах села хорошо, только рукава были чуть коротковаты.

– А ты их поддёрни, знаешь этак, по-пижонски… – сказал Анатоль.

Макс так и сделал. Подошёл к большому зеркальному шкафу, оглядел себя. Получилось даже лучше, чем он ожидал.

– Спасибо, мужики, выручили…

– Из-за чего вы с ним сцепились?

Макс махнул рукой.

– Дааа, – усмехнулся Серж, – В этом посёлке каждый порядочный человек найдёт повод начистить рыло Владику.

– А как вы там оказались?

– С клюквы шли, – сказал Анатоль, – Мы всегда ходили через Володин двор, напрямик, он был не против. У нас и ключи остались от калитки, от ворот…

– А от дома?

– Нет, конечно.

– Эжени не возвращалась?

– Странно, что ты спросил…

– Почему?

– Именно сегодня, когда мы с Сержем утром шли в лес, ещё в сумерках, я видел во втором этаже огонёк… Не думаю, что показалось.

– Значит, она здесь.

Серж пожал плечами, сказал раздумчиво:

– Должно быть. Кто кроме неё может быть в этом доме?

– Да… – согласился Макс.

Когда Макс вернулся домой, первые покупатели уже ждали его в псарне. Алекс окинула удивлённым взглядом его одежду, ладони в йоде, грязные ботинки, но ничего не сказала.

День выдался хлопотным, второй клиент опоздал, потом долго и капризно разглядывал щенка, задавал ненужные вопросы, Макс уже начал терять терпение, и когда, наконец, закрыл ворота за придирчивым покупателем, облегчённо вздохнул.

Алекс тем временем съездила за Лёней в школу, они втроём собрались в гостиной. Макс радостно потёр руки.

– Давайте отметим это дело?

– Давайте! – с готовностью отозвался Лёня. Алекс улыбнулась:

– У тебя довольное лицо.

– Ещё бы! Малыши на загляденье, все для выставок, и сумма немаленькая. И последнего лабрадора завтра забирают, в хорошую семью. Слетаю-ка я в город и накуплю нам разных лакомств.

– Так далеко погонишь машину? – удивилась Алекс.

– Пустяки… Позовём Андрея с Милой?

Алекс кивнула…

Вернулся Макс уже в темноте, с забитым покупками багажником и с двумя букетами. Вальтеры были в доме. Макс преподнёс женщинам цветы, они зарделись, заулыбались, расцеловали его в щёки. Он принялся выкладывать на стол покупки.

– Ого! – воскликнул Макарыч, – Превосходное вино, цветы, ещё и торт! Ты разгулялся не на шутку! Выгодная сделка?

Макс кивнул.

– Андрей, мы с тобой готовим мясо, девушки организуют закуску и красоту. Лёня у них юнгой.

– Он уже давно старпом, – улыбнулась Алекс, Лёня гордо выпрямился.

Стол поставили в гостиной, накрыли красной скатертью, достали из буфета хрусталь, фарфор, красивые прозрачные блюда. Алекс разожгла камин, потушила верхний свет, на стол поставила свечи в подсвечниках.

– Давайте найдём ёлочную гирлянду и положим её мигать на подоконнике! – с горящими глазами сказал Лёня.

Алекс поморщилась:

– Нужно подниматься на чердак…

– Ну, пожалуйста! – заканючил, как маленький, Лёня.

Она улыбнулась:

– Ладно. Не хнычь.

Макс с Вальтером жарили мясо на улице под навесом.

– Ты что это весь в ссадинах? Утром, вроде, их не было… И на шее вон синяк… – переворачивая на решётке над углями толстые ломти мяса, спросил Макарыч.

– С Покровским подрался.

– Ох, ты… Из-за чего?

Макс пожал плечами:

– Из-за… всего. Ты только нашим женщинам ничего не говори. Саша расстроится. И рассердится.

Макарыч кивнул.

– Андрей, а где девочки?

– Влад забрал.