Алекс уже поднялась и работала в псарне. Макс вошёл, ни слова не говоря, обнял её.
– Паша… – жалобно сказала Алекс, – Где ты был? Я всю ночь не спала!
– В Сысоево ходил.
– Зачем?!
– Там бар до утра работает. Хотел напиться, но не получилось. Прости, я заставил тебя нервничать…
– Как ты?
– Как ни странно – лучше. И, похоже, что теперь я смогу уснуть. Сейчас помогу тебе здесь и завалюсь спать. У тебя мокрые волосы…
– Я ходила тебя искать…
– Куда?
Алекс пожала плечами:
– Просто по посёлку… Потом пошёл этот противный липкий снег, я поняла, что всё равно не найду тебя, а только вымокну, и вернулась домой. По дороге я встретила Снежану, но она была какая-то странная… Даже не поздоровалась со мной!
«Ещё бы! После двойной дозы транквилизатора!» зло подумал Макс, но промолчал. Посмотрел на Алекс, улыбнулся, погладил её влажные волосы:
– Пойдём-ка вместе спать!
Глава 4
– Папа! А ты не знаешь, когда вернётся тётя Фира?
Макс, чинивший подтекающий кухонный сифон, высунулся из-под раковины.
– А?
Лёня вздохнул:
– Тётя Фира. Она уехала, не предупредив. Мы пропустили уже два занятия! Она что-нибудь тебе говорила?
Макс встал, расправил плечи, покрутил шеей.
– Сынок… Я даже не знал, что вы не занимаетесь! Когда ты видел её?
– В день похорон дяди Андрея.
– Я тоже. Случайно… Кхм-кхм… Мельком.
Макс выглянул в прихожую, позвал:
– Саша!
Алекс отозвалась из гостиной:
– Да?
– Когда ты видела Эсфирь?
Молчание. Потом послышались шаги. Алекс с озадаченным лицом вошла в кухню:
– Как странно, что ты спросил.
– Почему?
– Я вот только сейчас думала о ней! Она уехала без единого слова!
– Уехала?
– Свет в доме не горит который день.
– Ты тоже видела её в последний раз в день похорон?
– Да. Утром. Мы с тобой собирались на кладбище, а она пришла заниматься с Лёней.
– Покровский должен знать, что с ней.
– Они расстались, Паша, сколько можно повторять? Но если хочешь, то я с ним поговорю.
– Я сам с ним поговорю.
– Паша…
– Не волнуйся, солнышко! Я просто спрошу его о том, как нам с ней связаться. Если она уехала совсем, то Лёньке нужен новый педагог. Всё будет очень корректно, обещаю!
Алекс опустила глаза:
– Хорошо…
Весь следующий день они возились с новым помётом биглей, а вечером Макс сказал, что хочет выпить кружку пива в местном баре, оделся потеплее, и ушёл. Алекс, закрывая за ним дверь, посмотрела на него без улыбки, и Макс понял, что она догадалась, куда на самом деле он идёт.
Зима подходила к концу, дни стали длиннее, звонче чирикали воробьи, но снег по-настоящему повалил только неделю назад. Он начался ночью и шёл уже который день подряд, меняя мир вокруг, делая светлее небо и тоньше тишину.
Макс пришёл к Покровским. На половине Влада, в кухне, горел тусклый огонёк.
Макс открыл калитку, прошёл по вычищенной дорожке, поднялся на крыльцо, громко, сильно постучал. У него над головой, в потолке крыльца зажёгся фонарь, потом открылась дверь. На пороге стоял Влад.
– Чего надо?
Макс смотрел на Покровского. На нём был спортивный костюм, расстёгнутая куртка на голое тело открывала волосатую рельефную грудь. Грязные волосы падали на лоб. Щёки были несколько дней небриты, а под глазами залегли сине-зелёные тени.
– Ну?! – гаркнул Влад.
– Владик… Где Эсфирь?
– Пошёл отсюда! – Влад попытался закрыть дверь, Макс успел просунуть в щель ногу в тяжёлом ботинке.
– Постой! Лёня пропустил два занятия, она исчезла, не предупредив! Мальчик волнуется…