— Ладно, — фыркнул мужчина. — Благодари заступника своего, пассажирка. Если бы не он, то точно бы вышвырнул тебя вон. От твоей идеи один шаг до дезертирства. Или ты на Обочине сдохнуть хочешь?
Я ничего не поняла, но выцепила главное:
— Я жить хочу!
— Найди ей дело, — скрипнул зубами водитель и перестал обращать на меня внимание.
Пацан метнулся куда-то, вернулся с обрывком ветоши.
— Протирай окна! И шевелись, покрышки кусок! — всучив мне тряпку, обозвал меня он.
Я попыталась возмутиться, но автобус вильнул и меня вместе с ветошью ссыпало по ступеням к двери. Я ничего не понимала. Что происходит? Что за Столкновение? Почему Двуногие так странно ведут себя? И чего от меня хотят?
Некоторое время я послушно возила тряпкой по окошку внизу двери.
Но затем…
Снаружи автобуса появилась, гхм, попутчица.
Девушка. Она словно выползла из-под колес и повисла на двери, впившись в стекло когтистыми пальцами. Широко распахнутые глаза источали зловещий оранжевый свет. На худые плечи ниспадала грива волос из потемневшей медной проволоки. Но главное…
У нее был хвост!
Русалочий. Роскошный.
— Твою ж! — закричала я, замахиваясь на русалку тряпкой. Не знаю, что мною двигало: страх или глупость. Моя реакция попутчице пришлась не по нраву. Плавниковое опахало стегануло по двери, заставив металл простонать.
— Нападение!!! — завопил пацан.
Водила резко сбросил скорость, и хвостатую попутчицу сорвало в омут шоссе.
Пассажиры приникли к окнам.
— Аварийщики! Справа и слева!
— Абордажить будут!
— Их больше десятка!
Было слишком много дождя, чтобы что-то понять.
В затопленном асфальте мелькали плавники. Русалки плыли в шоссе, точно в реке, а наш автобус скользил по его поверхности подобно стальной водомерке.
Мой разум отказывался внимать глазам.
— Это… это что такое вообще? — я схватилась за голову.
— Столкновение, — прорычал мужчина, остервенело вращая руль.
— А-а-а! — закричали на крыше.
— Задраить люки! — опомнившись, приказал водила. И завопил на меня: — Какого спрута ты меня отвлекаешь?!
А я что?
Я ведь его предупреждала!
Слишком поздно. Из открытого люка в чрево автобуса, словно в кастрюлю с обедом, заглянула еще одна русалка. Ее глаза светились как фары.
Она зарыскала ими в поисках жертв.
Запнулась на мне. Скользнула в салон.
И упала в костер. Зашипело!
— Бей тварь! — заорал пацан, кидаясь в атаку.
Но за ней в люк уже проникала другая, третья, четвертая…
И началась бойня.
В реве мотора крики слились в непрекращающийся вопль.
Русалочьи хвосты вились подобно змеиным, позволяя нападавшим перемещаться с поразительной быстротой. Русалки атаковали в прыжке, пуская в ход и когти, и зубы, но и пассажиры не терялись. Изумляя силой, они вырывали с корнем кресла и, отмахиваясь ими от монстров, вышвыривали поверженных тварей из разбитых окон.
А я так и сидела у двери, боясь пошевелиться. Я ничего не понимала.
В какой-то момент пассажиры сбились в кучу вокруг водилы, прикрывая его своими телами, словно только от него одного зависела их жизнь. И я даже начала верить в победу экипажа автобуса, пока водитель вдруг не уронил башку на руль: в его шею вонзился гарпун. Лезвие было пущено спереди, оно пробило лобовое стекло.
Оставшийся без хозяина руль совсем обалдел, автобус завилял на дороге точно собачий хвост. В толкотне меня буквально вдавило лопатками в двери, кажется, только чудом я не вышибла их. Раздался треск, словно в днище «Икаруса» вогнали гигантский консервный нож.
В образовавшийся пролом ворвалась вода, перемешивая тела людей и нелюдей. Прозрачная как слеза; ее было намного больше, чем мог бы вместить в себя ливень.
Вдохнуть я успела.
И даже не выдохнула, стукнувшись макушкой об потолок, когда салон оказался полностью затоплен водой. Сберегла в легких драгоценный запас.
Для чего?
Чтобы выжить, блин!
Вокруг парил мусор, обломки пластика, чьи-то ботинки: шнурки словно щупальца.
Надо валить отсюда, подумала я.
И тут ко мне метнулась тень.
Это был монстр.
Мужской торс вырывался из русалочьего хвоста точно из рыбьей пасти. Рыжие волосы, алые серпы плавников. Усы как у сома: тонкие, длинные...
И взгляд. Пронзительный. Дикий.
Какая злая ирония…
Стать жертвой сородича. Хотя какой мне этот монстр сородич?!
Несколько мгновений мы глядели друг на друга, а затем он ударил меня, вытолкнув из автобуса, который погружался все дальше в водяные глубины шоссе.