Две или три сотни живых утопленников разной степени сохранности. Одинаково обглоданные до костей лица жадно глядели на нас провалами пустых глазниц. Затаились у обочин, забившись под торчащие из земли корни деревьев. Может надеялись переждать шторм, а может с самого начала организовали засаду, рассчитывая, что кто-то из Двуногих соблазнится возможностью пересидеть ураган в воде.
К нам потянулись руки.
Гниющие, раздутые.
Хлопнув плавниками-боковушками, Кир устремился вниз. Мертвячья свора ринулась следом. Сомоусый ускорился. Я вжалась в него, понимая, что моя жизнь теперь в его плавниках. Он планировал погрузиться на сотню метров, чтобы не попасть в подводную часть урагана, а затем собирался выбраться из воды там, где торнадо уже прошел. Мертвяки серьезно усложняли задачу. Малейшая заминка могла стоить нам жизни.
Ударом кулака аварийщик отшвырнул в сторону наиболее ретивого утопа. Нам везло: твари мешали сами себе, врезаясь друг в друга. Мы превосходили их в скорости, но полчища голодных покойников поднимались и из глубины — и еще неизвестно, где было их больше.
Идея Кира была настоящим безумием. Твари прибывали, нам просто не давали возможности свернуть. Оставалось лишь погружаться, но чем ниже мы погружались, тем шире делалось русло реки и тем ниже становилось наша скорость.
Лучше бы мы остались на остановке, подумала я. Или попытались сбежать. Послушала его, словно последняя пассажирка? Неужели своей головы на плечах не было?
Вдобавок ко всем неприятностям что-то плыло к нам из бездны.
Большое. Просто огромное.
Неужели еще мертвецы — целая куча голодных зомби?
Сомоусый аварийщик сбавил ход, пытаясь уйти в сторону. Утопленники завыли; в подпространстве трассы звук распространялся, отскакивая от мельчайших бултыхающихся в воде крупинок. Кто бы не поднимался нам навстречу, ничего хорошего ждать не приходилось, мы словно попадали меж молотом и наковальней.
Нечто приближалось.
Нечто двигалось прямо на нас.
Нечто состояло из множество маленьких рыб.
К нам мчались пираньи.
Гигантский косяк, состоящий из тысяч зубастых созданий.
— А-а! — заорала я, захлебываясь криком.
Мы влетели в серебристое облако и прошили его насквозь. Привлеченные запахом мертвечины, пираньи не обратили на нас никакого внимания. Никто даже не попытался попробовать нас на зуб. Рыбы накинулись на живых мертвяков. Завязалась жестокая схватка.
Резко затормозив, Кир глянул вверх.
— У нас получилось, — выдохнул.
Вниз валились ошметки тел монстров, однако более мелкие пираньи тут же подхватывали их, очищая воду таким весьма своеобразным способом.
Не верилось.
Мне не верилось. Неужели мы сумели уйти?
— Куда теперь? — спросила я, вертя головой.
В процессе гонки я умудрилась потерять направление.
Кир не ответил.
Тело рыжего аварийщика обмякло, плавники замерли, а верхние конечности повисли плетьми. Я испуганно прильнула к его груди. Он больше не держал меня.
Он падал.
— Кир, — запрокинув голову, я боднула его в подбородок. — Кир, очнись!
Никакого ответа.
И тогда я закричала:
— Кир!
Ничего.
Что с ним? Вырубился от перенапряжения? Или истратил всю энергию? В физиологии аварийных русалок я особо не разбиралась. Нет, на подлодке мне что-то такое рассказывали, но вся информация в мой мозг не могла вместиться просто физически.
Кстати, нельзя сказать, что мой окрик остался без внимания.
Пираньи.
Одна, вторая…
Пока только две.
Отбились от рвавшей мертвяков стаи и спускались к нам. Я зашипела от досады. Наверху столько добычи, зачем им понадобились мы? Пока сокрушалась, к двум хищницам присоединилась третья. Блин, нехорошая тенденция, как бы все хищное облако на нас не переключилось…
Продолжая одной рукой цепляться за потерявшего сознание спутника, другой я выхватила кинжал и приготовилась к бою. Пришла пора вспомнить, чему меня учили на подлодке!
Хищницы снизились. Нас разделяло около десятка метров, когда рыбы разделились: одна продолжила спуск, другие решили обойти нас с боков.
Взмах клинка!
Первая пиранья лишилась башки. Видать не зря Кир натравливал на меня в арсенале этих мерзких рыб. Вот и пригодились тренировки. Со второй тварью возникла заминка: она заинтересовалась не мной, а плавниками моего спутника. Пришлось рискнуть, отцепиться от тела потерявшего сознание аварийщика и отогнать хищное создание клинком. Острая сталь перебила рыбе не только аппетит, но и хребет.
Третью хищницу я потеряла из виду. Завертев головой, обнаружила ее в метре от собственной шеи. Пиранья неслась в атаку, щелкая зубами от нетерпения. Пинком сбив ее с траектории, я добила рыбеху кинжалом.