— Через пять – шесть лет? Ты серьезно? Очередная морковка перед носом? Да пошел ты! – разворачиваясь, направился к выходу.
— Даня, вернись! Мы еще не закончили!
Открывая дверь, делано безразличным голосом добавил:
— Я увольняюсь.
Выскочив в холл, на всех парах бросился в свой кабинет. Собрав вещи, вышел в приемную. Секретарское кресло пустовало – время обеда.
Спускаясь по ступеням фойе, позвонил Анне на сотовый, сообщив что сегодня меня уже не будет, а там хоть трава не расти.
Надоело. Пусть все идет к черту.
Вцепившись в кожаный руль авто, громко выпустил воздух из легких, просто не мог успокоиться.
Нажраться что ли? Забуриться куда-нибудь в клуб, снять блондинку и шпилить ее все ночь на пролет.
Только попойка и тупой трах – дорога в никуда. Я это уже проходил и не раз.
Не помогает.
На утро головная боль, сушняк, а на душе все так же хреново.
Всю жизнь пытаюсь добиться поощрения отца. Это стало навязчивой идеей.
Сколько наград и медалей по плаванию я получил, только чтобы он мной гордился. Но я всегда не дотягивал, всегда отставал на пару шагов.
Когда решил пойти в большой спорт, отец сказал, это не занятие для настоящего мужика. И не для этого он готовил мне почву всю свою жизнь, чтобы я просрал здоровье, зарабатывая какие-то вшивые медальки. Помню грандиозный в тот день был скандал, после которого я и ушел в свой первый реальный загул. Но кроме пустоты он ничего мне не принес.
А потом все началось по новой. Поступил в университет на факультет управления и закончил с отличием. Но и этого ему было мало, ему всегда было мало!
Только сегодня что-то сломалось внутри. Я устал доказывать, устал бежать в никуда. Пора остановиться и понять, чего хочу на самом деле от жизни. Без имени Турманов, без всех этих атрибутов успешной жизни.
Идея созрела за считанные минуты. Припарковав синий «Maserati» на подземной стоянке, заскочил в лифт, резко нажимая кнопку двадцать седьмого этажа.
Залетел в пустую квартиру, бросая ключи на полку, скинул обувь. Раздеваясь на ходу, двинулся в спальню. Освежившись в душе, натянул боксеры, легкие синие джинсы и рубашку с коротким рукавом.
Застегнув пуговицы, вытащил из шкафа небольшую дорожную сумку. Положив в боковой карман портмоне с документами, за ним полетел бумажник, в глубь сумки бросил сменные вещи. На секунду задержался, достал из бумажника кредитки, повертел в руках и оставил на столе. Схватив сумку, двинулся к выходу. Вытащил коммуникатор из кармана, сначала забронировал билет до Сочи, далее вызвал такси.
Затормозив в холле, решил все же вернуться. Хватая со стола кредитки, дал себе обещание, что взял их на всякий случай. Вдруг деду что-нибудь понадобится. Сам же твердо решил, со счетов не брать ни копейки.
Нажимая на кнопку лифта, почувствовал как азарт и чувство предвкушения наполняют быстро стучащее сердце.
***
Пассажиры рейса Москва - Сочи просьба пройти к стойке регистрации 367-356.
Бросив сумку между ног, ожидая своей очереди, безразлично наблюдал за скоплением народа в аэропорту.
Проблемы с отцом, повышение совершенно перестали меня волновать. Сейчас, как никогда во мне бурлил дух свободы.
Получив документы и билет от эффектной брюнетки, вернул ей улыбку и не спеша направился к трапу самолета.
Глава 2
Санкт – Петербург
— Ты что опять на диете? – разочарованно смотря на подругу, открыла коробку с пиццей.
Милка пожала плечами, взглядом красноречиво подтверждая мои слова.
— А предупредить, было нельзя? Я бы пиццу заказала поменьше и эклеры не стала брать, свежие с кремом, – хитро стрельнула глазами на подругу. — А еще у меня есть бутылочка «Мартини» и ананасовый сок. Может завтра начнешь свою диету? Пицца с двойным сыром как ты любишь.
— Юль, я через неделю в отпуск ухожу. Хочу похудеть, а ты садистским образом и на больную мозоль, – косясь на эклеры, пробурчала подруга. — Ладно, давай завтра. Только начнем вместе, – повысила голос.
— А мне-то зачем? – рука с эклером остановилась на полпути.
— Тебе тоже не мешало парочку килограмм сбросить.
— Не собираюсь я ничего сбрасывать. Куда еще? У меня сорок второй.
— Ага, был. Кто недавно говорил, что джинсы сели? Я тогда, конечно, тактично промолчала. Но сейчас за то, что сбила с пути дитя невинное, наконец-таки ступившее на праведный путь, будешь замаливать грехи недельным постом и молитвами.