Если бы Руслан знал, в какие интересные дали заходят фантазии его будущей жены. Запер бы дома без права переписки.
Глава 6
Даня
Леха вышел из паспортного стола с засосом на шее, немного потрепанный, но довольный.
— Готово! – протягивая паспорт, радостно отрапортовал приятель.
— Я надеюсь, ты там не слишком страдал? – рассмеялся я.
— Ира, страстная кошечка. Давно у нее не был. Вот и повод нарисовался.
— Она тоже сама хотела? — продолжал глумиться.
— Так рожа у меня такая. Меня все хотят, – развел руками. — А мне что жалко?
Я весело засмеялся:
— Пошли, мне к десяти надо быть в конторе. Начальница, что за человек?
— Нормальная баба. Но если увидит какую-нибудь куклу на вышке или кто донесет, туши свет, тогда уже реально несдобровать. А так, иногда пропесочит ласково для порядка и на этом все. Ты смотри, сначала скажет, что берет тебя на испытательный срок, только это она всем так говорит, чтобы не расслаблялись. Работа у нас сезонная, тут осталось месяца два с небольшим. Какой к чертям испытательный срок.
— А потом куда подашься, когда сезон закончится?
— Не знаю. Не думал еще. На Красную поляну можно, но боюсь там ненароком столкнуться с прошлой жизнью, а мне этого... ох, как не хочется.
— Ну тебя-то сейчас никто не узнает.
— Так это ж простые люди, они не в теме. Многих ты спортсменов из сборной знаешь в лицо? Народ не интересуется спортом… и спортсменами если они не знаменитости. Я, конечно, больших звезд не срывал, только все же любил дело, которым занимался.
— И что, совсем ничего нельзя изменить?
— Нет. Мне перекрыли кислород основательно. Да еще так тонко намекнули, буду пырхать... все равно уйду, только с подмоченной репутацией. Ну, типа у меня допинг нашли и все такое.
— Ясно. Хреновые твои дела.
— Ага, – прогундосил приятель, засовывая руки в карманы шорт, опустил голову.
Недалеко от центрального пляжа располагался офис спасательной станции.
Завернув с широкой улицы на небольшой переулок, прошли метров сто и уперлись в необычное здание. Офис спасательный станции чем-то напоминал подводную лодку, только стены были выполнены из дерева.
У кого-то креативное воображение. Окна иллюминаторы увеличенного размера, а перила небольшой террасы похожи на корабельные борта.
В офис Леха зашел первым, я за ним.
Станция оказалась намного просторнее, чем снаружи. Светлые стены из деревянных панелей, в углу зона отдыха или место где проводят собрания персонала.
В глубине по правую сторону две глухие двери и еще одна сразу напротив входа в офис. За стеклом двойных дверей сидела крашенная блондинка преклонного возраста с короткой стрижкой в ярко – желтой майке с какой-то красной надписью на груди.
Леха кивнул в сторону кабинета:
— А это наш крейсер.
— Крейсер?
— Кликуха у нее такая. Кто-то из ребят стебанулся. Все подхватили, так прозвище и приклеилось.
— А она об этом знает?
Леха, громко заржал, чем и привлек внимание крупной женщины в желтом.
«Придурок», – выругался про себя.
— Ее Анжела Иосифовна зовут. Иди уже, я тебя здесь подожду.
Громко вздохнув, направился к дверям кабинета. Крейсер через стекло наблюдала за моим приближением.
Почему-то сейчас я чувствовал себя жертвой питона, к которому добровольно иду на обед.
Открыв дверь, уверено вошел внутрь.
Я занимал руководящую должность. Приходилось работать с большими людьми. Чего сейчас то очкую, словно в школе перед аттестацией.
Через полчаса вышел злой как черт.
Решил пожить другой жизнью? Не зависеть от семейного капитала? И на хрена тебе все это сдалось?
Леха вскочил с дивана:
— Ну, как? – тихо спросил он.
— Ты почему не сказал, что я еще неделю должен ходить на инструктаж по оказанию первой медицинской помощи и спасанию утопающего?
— Дань, это обычная процедура для всех спасателей. Если бы я сразу сказал, ты бы тогда согласился? Я поэтому промолчал... просто хотел чтобы мы вместе работали.
— Ясно, – выпуская воздух из легких, ответил более спокойно. — Мои клятвенные уверения, что я умею оказывать первую помощь утопающему, мировую женщину не впечатлили.
— А где ты постиг сей дзен?
— Я тоже когда-то занимался… входил в юниорский состав. Приглашали в серьезный спорт.
— И чего не пошел?
— Отец был против.
— Серьезно? И какова была причина?
— Не хочу сейчас об этом. Давно это было, чего вспоминать?
— Ладно, не хочешь, не рассказывай. Я вот без отца рос. Так что, радоваться за меня или запрещать было некому. А где до этого работал?
— В офисе сидел.
— Я бы не смог. Скукота. Мне простор нужен.