— Будешь так на меня смотреть, я тебя прямо тут разложу, — предупредил он меня, напряженно глядя перед собой.
— А что плохого в песчаном пляже? — удивилась я.
— А то, моя дорогая Урсула, что ты потом песок устанешь выковыривать отовсюду, — назидательно отметил он.
— О-о-о, — задумчиво протянула я. — Нет тогда, песок исключаем.
Меня в ответ лишь аккуратно погладили по ягодице. А я всхлипнула, так остро чувствовала все его прикосновения.
— Потерпи, маленькая, тут рядом.
— Рэй, — виновато протянула я, — я не Урсула. Меня Ая зовут.
— Я знаю, — поцелуй в висок совсем не добавил мне спокойствия.
— То есть как это «знаю»? — я стукнула его кулачком в плечо.
Я тут страдаю, понимаешь ли, как он отреагирует, а он «знаю». В ответ меня стиснули двумя руками за полупопия. Гад.
— У твоего ирлинга узнал. Когда мы тебя искали.
Я лишь тяжело выдохнула. Понятно. Вышли на небольшую полянку со следами костра и самодельной палатки, тентом натянутой парусины на жердь какую-то. Ого, сервис. Внутри обнаружилась мягкая лежанка из листьев пальм и сверху прикрытой плащом.
Меня аккуратно опустили на нее и принялись неспешно целовать, поглаживая руками. Но я не стала просто лежать гордым бревном посреди импровизированной палатки и сама впилась в его губы с жаром долгой разлуки. Наш танец страсти не был мягким и нежным, он был груб и яростен. Пусть не было разогрева в лице Сина, и поначалу было больновато, когда широкий член не желал полностью влезать в меня, но мы справились с этой проблемой. Дракон заставил меня кончить, спустившись вниз и пальцами и языком творя просто безумные вещи с моим телом. Зато потом пошло как по маслу, мы бились друг о друга, будто не желая отдавать первенство ни одному из нас, пока оба не вскрикнули практически одновременно. Сначала я, а через несколько толчков и он, уткнувшись мне в плечо. Мы расслабленно лежали обнявшись, когда мне в голову не пришла запоздалая мысль:
— Рэй, ты сказал, что у тебя могут быть дети лишь от жены.
— Да. А что?
— Так мы теперь женаты, ты в курсе?
Он недоуменно поднял голову, хлопая на меня глазами не хуже того филина.
— Я забыла тебе сказать, но нас поженила богиня. То световое представление, помнишь? Это был свадебный обряд русалок.
Сначала он тупо хлопал на меня глазами, осмысливая сказанное мной, а потом его глаза нехорошо сузились:
— То есть те три мужика с хвостами должны были стать твоими мужьями?
Я услышала треск рвущегося плаща под нами. Ой.
— Погоди психовать, я тебе все объясню. Я знала, что они не подходят, так как у меня другие три мужа. Ты мне скажи лучше, если брак освящен богиней, ты можешь зачать детей или нет?
— Могу, не важно чей был обряд, главное он был. Брак — это не просто слова — это магическое действо. У нас, драконов мы обмениваемся еще и кровью, чтобы скрепить союз. Но в теории, да, зачатие вполне возможно. Не думаю, чтобы богиня в этом плане сделала что-то не так.
Он задумчиво почесал за ухом:
— А женские дни у тебя давно были? Может, обойдется.
Теперь задумалась уже я. А и правда.
— В этом мире у меня кровь не текла ни разу. А у ваших женщин она как часто?
— Как у всех, раз в месяц. Что у людей, что у эльфов, что у дракониц. Единственное, у драконов редко получается сразу получить потомство. Мы живем долго и тут скорее все зависит от желания обоих родителей, чем от способности организма.
— Понятно. Но опять-таки, я не чистокровный человек — я русалка. А вот про это я спросить не догадалась. Я видела русальчат на дне, но не придала этому значения. Может, у меня дети могут быть только в той форме? Лучше не рисковать.
— Ты против детей? — удивился дракон.
— Нет, конечно, с чего ты взял? Просто зачем так рано? Я ведь тоже в теории долгожитель, мне спешить некуда.
— Я и забыл, что по меркам драконов ты еще дитя неразумное, — поддел меня дракон.
— Чтооо? И ты большой и взрослый дядька к неразумным детям клеишься? Извращенец.