Если человеческие маги строили сложные схемы, четко произносили свои заклинания вслух, то нам, русалкам, достаточно было просто взять часть силы стихии и вообразить желаемый результат. По сути мы даже не колдовали, а изменяли свойства жидкости по своей прихоти. Поэтому и усталости особой не было, любопытная стихия делала все сама. И да, это была вода. Остальные, к сожалению, были абсолютно равнодушны. Ну и на том спасибо. Значит, принц думает, что я просто ведьма? Это же замечательно. Значит, мне просто надо снять кляп со рта и я его зачарую. Будет ползать у моих ног и песок жрать. Как бы еще так сделать?
А еще меня терзала совесть. Я вечно попадаю в разные ситуации, а отдуваются мои мужчины. Я чувствовала тонкую голубую ниточку, что соединяла меня с Рэем. Что-то изменилось с тех пор, как мать-Луна поженила нас, но я не могла понять, что именно. Он же опять страдать будет, зов заставит его ползти сюда за мной в пески. И пусть принц не знает, что мой муж дракон, но зверем сюда соваться — чистой воды самоубийство. Он же летать не умеет, лап нету, чисто плавниками как черепаха подгребать? Далеко так не уползешь.
Мои мысли были прерваны гортанными криками возницы впереди, моя животина остановилась. Чьи-то теплые руки стали отвязывать меня от животного и спустили на песок. Горячо, даже сквозь сапоги. Совсем неласково ткнули в спину, заставив сделать шаг вперед, чтобы не упасть. Светло, светло, темно. Ввели в тенек? Дерево? Шатер? Сняли мешок. Шатер.
Его высочество развалился на коврике с подушками в большом шатре. Перед ним стоял маленький походный столик с широким подносом, на котором были выставлены легкие закуски в виде кусочков мяса и фруктов. Рядом призывно стоял кувшин с вином. Желудок тут же громко и некрасиво заявил о том, что он голоден. Но я стояла и смотрела на принца, игнорируя позывы тела. Еще бы в кустики сбегать не отказалась бы. Но, боюсь нет здесь кустов неподалеку.
— Выглядишь отвратительно, — брезгливо поморщился его Высочество.
Я лишь хмыкнула сквозь повязку. Ну да, с мешком на голове, взмокшая от пота, грязная, голодная, не удивлюсь, если еще и с фингалом, кулак в лицо я помнила отлично. Хотя лицо не болело, если не считать стягивающего ощущения от собственной кожи и сухости в горле будто песка наелась. На мне была закрытая одежда средней горожанки с плотными рукавами, так что благодаря мешку на голове, я даже не обгорела нигде. Спасибо и на этом.
— Ты опозорила меня перед моим народом, — начал принц свою пафосную речь.
У меня было огромное желание глаза закатить, но я упорно стояла в одной позе и внимательно смотрела ему в глаза.
— Мое положение и моя гордость не может простить ведьме такое унижение, значит, я обязан тебя наказать. В этот раз никаких афродизиаков не будет, мы в пустыне, в трех днях от любого источника воды. В кувшинах вино, мои животные могут не пить несколько дней, на тебе наручи, блокирующие магию. Как видишь, ты полностью в моей власти.
Он замолчал, отвлекшись на сочный кусочек вяленого мяса, запивая его вином. Мой бунтующий желудок выдал повторную руладу. Но Принц не спешил кормить меня. Он еще не все сказал. Не зря же он пер меня сюда в пустыню, вместо того, чтобы просто прирезать там на пирсе и забыть.
— А вот мое триумфальное возвращение, с рабыней-ведьмой у моих ног будет отличным вознаграждением за вынужденный позор ранее. Так сказать, небольшой тактический ход, заставивший расслабиться моих врагов, — продолжал он, а я осознала, что уйдя в свои размышления, пропустила часть его вдохновенного монолога. Это от голода, наверное, начинаю плохо соображать. Сказать ему было нечего, кляп никто не снял, слушаю дальше, стараюсь не отвлекаться. Потом обдумаю.
— Итак, твой выбор?
Понимаю, что опять залипла на его губах взглядом, но не поняла ничего из того, что он мне тут хотел сказать. Плохо, так и до обморока не долго.
— Слишком гордая, принцесса? — выплюнул так, что принцесса равнялось со словом «гадина» или «змея» или любе другое подобное слово.
Тупо перевела взгляд на его нос, потом на глаз, правый. Черные мушки плыли перед глазами, заслоняя обзор, в голове шумело. Что-то мне подсказывает, что он там что-то про три дня говорил. Три дня без воды? Еда ладно, но без воды все очень плохо, мне кажется. О, какой красивый ковер, здесь оказывается, он что прыгает мне навстречу? Ой.