— Я Сирена. Мой народ испокон веков торчит в этом мирке, охраняя его от чудовищ, пока такие как вы, разрушаете дом, где живете. А еще… — я зловеще уставилась на этого взрослого избалованного подобие человека, — для колдовства мне не нужен внутренний источник.
Видя, как расширились от ужаса в понимании его глаза, и секунда, чтобы отдать приказ ворваться сюда остальной страже. Я до сих пор не поняла, почему нашу возню никто не слышал, видимо ткань шатра покрыта изоляционными чарами, раз стража реагирует лишь на голос принца и его приказы. Но это лишь мои личные догадки. Поэтому я действовала стремительно. Мир словно превратился в так любимые нами фильмы со слоумо движениями камеры. Вот принц открывает рот, чтобы набрать воздуха в легкие и гаркнуть «Стража!», вот напряглись его голые охранники, вот до меня доносится стойкий запах его крови и в голову приходит такая интересная идея, что нет сил не попробовать ее в действии прямо сейчас.
Я стремительно перетекаю на хвост в вертикальную стойку наподобие атакующей кобры, мое тело гибкое, не чета киношным неповоротливым рыбам. Тут уже открываю рот я и резкий крик баньши прибивает их к земле, лишая равновесия. А потом я пою. Подчиняющая песня сдержит сразу троих недолго, но я заставляю их замереть, пока кровь принца, стремительным потоком устремляется ко мне. Он в ужасе стоит скованный, как марионетка, а его жизнь буквально в моих руках, она струится вокруг запястий, перетекает к охране и острыми кровавыми лезвиями перерезает им горла обоим. Их кровь также течет ко мне, стремительно и беспощадно. Они валятся на землю и петь больше нет смысла.
Кровавые щупальца расцветают за моей спиной, послушные моей воле, я подползаю к синеющему высочеству, еще живому и пока еще все понимающему. Что перед ним не милое создание с женским лицом, покорное воле своего господина, а морская тварь, что скалится жуткими клыками и легко пойдет на убийства ради спасения. Да, пойми это, глупый принц. Не каждый тигр сломается в клетке, хоть корми его с руки мясом, хоть пои. Свобода в нас изначальна. Стихия не любит оков.
— Кровь — это жидкость. А ты знал, что человек почти на половину состоит из чистой воды? — поинтересовалась я, поглаживая красное щупальце, как доверчивый котенок ластившееся ко мне из-за спины. — Ты сам дал мне оружие, а это, — я когтями макнула в щупальце и без труда перерезала магические путы, — для людей.
Вытянула остатки жизни из троих человек, услышав, как перестали биться их сердца. Мне надоело тут сидеть. Вернув себе свой человеческий облик, быстро оделась в свою одежду и спокойно вышла на свет. Отдавшись на волю инстинктам, я знала, где находятся люди его высочества. Я слышала каждое сердце в округе, их ровный стук служил своеобразным маяком мне. Сосредоточившись, я стремительно потянула их жизненные соки к себе, приказывая, повелевая. Двадцать высушенных мумий так и остались в той пустыне безмолвным напоминанием, что не стоит связываться с силой, которую ты не в состоянии понять. Я как ангел Тираэль из вселенной диабло, стояла с кровавыми крыльями за спиной, и не знала теперь, что мне делать.
Меня мутило. Адреналин спадал и начинало слегка потряхивать тело. Я запрокинула голову вверх, паляще лучи безжалостно жалили нежную белую кожу. На душе было гадко и больно, слезы сами по себе текли по щекам, а над головой собиралась буря. Ну что же, я помогу ей. Зайдя в шатер, я выволокла тело принца наужу, бросив под набирающую силу бурю. Я запела:
Темный как ночь, сладкий как грех
Я тебя сегодня украду у всех
В уголках кровь, в уголках смех
Сдерживаем ребрами чудовищ всех
Ты темная вода под тобою мили
Будто бы в тебе все солнца утопили
Темная вода под тобою мили
Будто бы в тебе все солнца утопили
Темная вода
Темная вода
Тонкий как лед, жадный как страх
Если бы могли сожгли бы на кострах
Ты червовый сад, червивый валет
Вот тело твое, но души в нем нет