— А тем, дорогая моя правительница, что в моей стране матриархат. И ваш будущий супруг не будет тащить одеяло власти на себя, позволяя вам править, слушая и слыша ваш голос.
Она резко остановилась и выдохнула:
— Так не бывает.
Я покровительственно улыбнулась:
— Отчего же? Женщины практичнее, умнее и многозадачнее в мирное время. Никто не спорит, что хороший стратег и тактик скорее всего будет мужчина, у нас они и занимаются охотой и войной, охраной границ, воспитанием детей.
— Мужчины воспитывают детей? — удивилась она.
— Конечно, — пожала я плечами, — мать учит мудрости жизни, быту, а отец готовит к суровой действительности, военному ремеслу и навыкам выживания. Иначе нам просто не выжить.
— Все равно звучит невероятно. И как скоро мы можем … познакомиться с принцем? — она лукаво стрельнула глазками в мою сторону.
— Мне надо обсудить наш договор с королевой, — честно призналась я, — увы, я не могу решать абсолютно все вопросы сейчас. Но намётки предложить могу.
— Я понимаю, — протянула Халифа. — Могу я послать корабль с послами на борту к вам? Может, вы подскажете, какие подарки подарить королеве и ее окружению?
Я напряглась. Вот тут могут и будут проблемы.
— Халифа, мой народ уникален и не побоюсь сказать, единственный в своем роде. Мне нужно остаться с вами наедине и кое-что показать, чтобы вы имели полное представление о нас. Но. С вас я потребую тайну неразглашения пока что, пока мы не объединимся, или сами не захотим обнародовать наш союз. Увы, но это часть тайны нашего племени. В этом королева категорична.
— Вы заинтересовали меня, принцесса. Что ж, приглашаю вас в купальню сегодня вечером, за бокалом вина обсудим мою клятву и наши будущие перспективы без лишних ушей.
Я вежливо улыбнулась. Девичник а, звучит неплохо.
Глава 21. Купальня
За мной зашла сопровождающая в гостевые покои и поклонилась почти в пояс, вежливо попросив следовать за ней. Мы пришли в небольшое помещение, где мне выдали несколько полотенец и показали что-то вроде шкафчика, где можно было оставить свои вещи. Служанка терпеливо ждала, пока я разоблачалась и закутывалась в полотенца. Ага, и внимательно следила, чтобы я ножик с собой не пронесла. Такой вещи, как купальник здесь не было, и я остро желала его создать. Надоело мне то голой бегать, то в одежде мокрой ходить. Мой специально сшитый костюм для глубокого погружения остался на корабле, здесь же и подошел бы обычный для моего мира легкий раздельный купальник. Ну либо цельный, все равно без разницы, главное, чтобы стратегические места закрывал. Даже мягкие тапочки выдали, чтобы босиком не ходить, предусмотрительные.
Моему взору открылась просторная светлая купальня. Большая комната, по центру достаточно просторный бассейн, сбоку из стены лился небольшой поток воды, где-то внизу был слив, полагаю, так как вода не переливалась через край. Тут же рядом стоял небольшой столик с тарелкой фруктов, пару бокалов вина, нарезка вяленого мяса, сыр, зелень. Пару лавок-лежаков рядом. Напротив этой живописной композиции находилось большой окно на всю стену, сделанное в виде витража. Первый раз встречаю тут витраж. Красивая картина с морем и кораблем с красными парусами, а за ним вдалеке Халифат.
Халифа сидела на лавке, неспешно жуя виноград и кивнула мне приветливо. Она была как и я в тапочках и завернута в тонкое широкое полотенце. Темные волосы свободной волной висели почти до поясницы, никаких украшений и краски на лице.
— Приятного вечера, Халифа, — вежливо проговорила я.
— Приятного вечера, принцесса, — вернула мне любезность она.
Кроме нас тут никого не было, она даже всех служанок выгнала, как я и просила. Только на входе сюда стояли две крепко сбитые девахи, я так поняла, мужчинам на женскую половину вход был строго запрещен. Использовать евнухов, как на Земле, здесь, видимо, посчитали нецелесообразным.
Наша беседа протекала плавно и лениво. Мы говорили о погоде, урожае, флоре и фауне. Принцесса плавно подводила меня к пустынным ветрам и пескам великой пустыни, и я уже знала, про что она хочет спросить.
— Принцесса, мои люди доложили мне, что среди песков разлился невиданной красоты и богатства оазис, — мягко начала она, я лишь вежливо улыбалась, ожидая продолжения. — Туда потянулись многие караваны и паломники, но не каждый человек может ступить на землю благодатную. Говорят, они как будто на невидимую стену натыкаются, а у некоторых кто сначала прошел легко, ночью тревожные сны сняться, будто их душит что-то. И некоторые пропадают без следа на следующее утро, хотя их вещи и верблюды остаются на месте. А песок с дюн как волны омывают это место и ложатся вокруг, не затрагивая сам оазис.