— Не у всех, — тихо прошептал Син мне в затылок, но я услышала. Но сейчас не об этом.
— И, что ты будешь делать дальше? — спросила дракона.
— В каком смысле? — не понял Рэй.
— Ну, ты наследный принц или князь, а я не драконица ваша. Будешь брать себе вторую жену? — напряженно спросила я, с каким-то отстранением осознавая, что клыки удлинились, а ногти на руках подозрительно начали превращаться в настоящие русалочьи когти.
Син напрягся, а Рэй будто бы ничего не заметил, продолжая закапывать себя все глубже:
— Ну да. Отец выбрал мне уже невесту. А что?
Я вспомнила имя, которое сказал советник:
— Рилатэя?
Он удивленно поднял брови:
— Откуда ты знаешь?
— Она больше не имеет драконицу, к твоему сведению.
— Что? — он аж подскочил.
— Она пыталась натравить на меня проклятие крови и убила во сне, но меня успели спасти маги Бристольмайна, а твоя ненаглядная должна была умереть от обратного воздействия. Но ее драконица приняла удар на себя, так что она теперь человек. Боюсь, папочке придется искать тебе новую жену, — зло выплевывала я слова и с каким-то жестоким извращенным удовольствием смотрела, как не верящий взгляд меняется на маску боли и ужаса, когда до него дошел смысл моей речи.
Его трясло самого, чешуя проступила на скулах, а лицо превратилось в зверскую маску:
— Откуда тебе это известно?
— О, меня с удовольствием просветил ваш советник, когда лапал ночью и лупил беспомощную меня, а потом приказал похитить прямо из дворца и притащить твоему папеньке в ножки кланяться. Да, а затем, меня кажется, хотели пытать и полуживой отдать твоему советнику, за то, что его глупая дочь угробила сама себя.
— Замолчи! — гаркнул он. — Она не могла так поступить!
— Как видишь, могла и поступила, — холодно парировала я. — Так что же, новую женушку долго ждать?
Я не знала, зачем это делаю. Но мне до чешущейся кожи хотелось его выбесить. Показать, что мне тоже бывает больно. Что я не буду сидеть и терпеливо смотреть, как он радуется жизни с какой-то бабой, не со мной. Да, я лицемерная эгоистка. Что у самой назревает три мужика в постели, а мне противно думать, что они могут быть с кем-то еще кроме меня. Мелочно? Еще как. Рационально? Отнюдь. Потом я буду жалеть, но сейчас я хотела видеть боль на его красивом лице.
Рэй вихрем подскочил ко мне, его лицо исказилось от бешенства, в какой-то момент я подумала, что сейчас получу по лицу уже я. Но он сдержался. Не замахнулся, не стал меня трясти. Просто замер в миллиметре от моего носа, глядя на меня сверху вниз. Мы оба готовы были сцепиться друг с другом, я чувствовала, что при малейшем движении еще ближе, острые как бритва крылья Сина закроют меня от бешеного дракона, но ничего не произошло.
Рэй медленно отступил назад, задрал голову вверх и закричал так, что штукатурка сверху посыпалась, а потом сиганул к балкону и через него, прямо так, в чем был.
Я было дернулась следом, но Син задержал:
— Не надо. Ему надо остыть.
— Но он же… там же высоко! — испугалась я, что он себе ноги переломает.
— Выживет, — хмыкнул мой ангел. — Поверь, сейчас ему лучше поплавать и освежить голову, чем он будет крушить город в бешенстве.
Я откинулась к нему на грудь:
— Что я наделала?
Он погладил меня широкими ладонями по плечам:
— Сказала правду.
Я горько хмыкнула:
— Нет, я намеренно делала ему больно. Я не понимаю почему.
Он развернул меня лицом к себе:
— Насколько я знаю, люди нормально относятся к многомужеству и многоженству. Русалки вроде бы тоже, Рэй говорил, тебя собирались выдать за троих.
Я не знала что мне делать. Рассказывать, что я не из этого мира смысла не было, назад-то я уже не вернусь. А насчет русалок…