Она задрожала в ответ, чем доставила мне настоящее удовольствие. Жаль, сейчас нет времени воплотить все мои желания, но я умею ждать. А пока.
Мы выдали ей женские вещи на первое время, хотя она сказала, что завтра они ей не понадобятся. Но не сидеть же голышом под палящим солнцем? На рассвете следующего дня мы готовились осуществить наш план. Днём просто легли все большой кучей спать, так как моя жена не спала всю ночь, тренируя свой народ, а с рассветом мы должны быть уже в городе.
Глава 42. Сирены!
Первый луч солнца только протянул свои щупальца, медленно расширяя полоску света от моря в сторону дворца, когда два стражника, дежурившие у порта, боролись со сном. Скоро их должны будут сменить, они поедят в караулке и пойдут домой, в тёплую кровать и мягкое тело ожидающих их жён.
Замечтавшись, они оба не заметили странного поведения морских волн. Был прилив и волны должны были шуметь достаточно сильно, разбиваясь о берег. Открытая бухта никак не сдерживала волны, лишь слева скалы немного упрощали ветер, но помогало мало. А тут стояла мёртвая тишина, лишь тихая мелодия лилась по воздуху, словно пение китов, крики чаек, что-то неуловимое сковало разум, заставляя смотреть на океан.
Глаза рассеянно скользили по водной глади, вот слева скалы, дальше несколько опасных рифов, вот множество столбов странного рыжего цвета, перекрывающих вход в бухту, один, два, четыре, восемь. Откуда здесь столбы?
Стражи будто зачарованные перевели взгляд выше, их взгляд всё расширялся, а сердце ушло в пятки от увиденного ужаса. Перед ними возвышался огромный колосс, чем-то отдалённо напоминающий краба, что во множестве водились на пляже. Только это чудовище было покрыто отвратительными наростами и антеннами, что зловеще шевелились на его панцире. Раздался злобный рокот и гигантский краб сделал шаг вперёд.
Его более молодой напарник оказался крепче и со всех ног побежал к вышке, где стоял сигнальный колокол. Резкий звук тревоги разнёсся над городом, мобилизуя стражей города.
Надо отдать должное Халифату, хоть войн тут не было несколько столетий, армия была наготове и муштровалась не спустя рукава. Через десять минут у побережья выстраивались в неровные шеренги войска халифата со щитами и копьями. К сожалению, осадные орудия отсутствовали, направленные на пустыню и закреплённые на стенах.
Со стороны моря так же было пару орудий, на всякий случай, но чудовище планомерно крушило всё, что находилось в воде и над ней. Обломки кораблей, осадная башня, сигнальные вышки, всё лежало в руинах. Колосс переставлял свои ужасные ноги, вызывая большие волны на берег, частично смывая людей в океан.
Некоторых солдат относило прямо к нему и гигантские клешни ловили несчастных, отправляя в уродливую пасть панцирного чудовища. Копья, заряженные смертоносной магией отскакивали от чудовища как зубочистки, не причиняя абсолютно никакого вреда. Меж тем краб двинул клешней, разбивая вдребезги рифы неподалёку.
Казалось бы, выйди краб на сушу и его ничего не сможет сдержать, но люди отчаянно пытались удержать его на краю моря. Внезапно, чудовище схватило какой-то крупный обломок в воде и клешней отправило его в полёт на пляж. Кусок скалы безжалостной мясорубкой пролетел по песку, забирая жизни солдат, что слишком плотным строем стояли у берега. Магия отскакивала от магического животного, уходя в стороны, оружие также было не эффективно. Людей от панического бегства отделяло лишь то, что при побеге их убьют свои же.
Но где же их Халиф? Он бестолково метался позади армии на своём вороном скакуне, отдавая бессмысленные приказы. Он что, не видит, что они бессильны против такого монстра? Им всем конец! Но что там? Услышав какую-то возню сзади, солдаты недоуменно вертели головами. Крики приближались.
— Да пропустите же! Отойдите! Пошли прочь! Я ваша Халифа, с дороги! Я могу помочь! — не стесняясь в выражениях, мимо солдат протискивалась женщина в брюках и свободной рубашке.
— Как ты выбралась? Солдаты! Уберите её отсюда, она сошла с ума! — надрывался Халиф, пытаясь протиснуться вслед за своей женой, но застрял вместе с конём в плотной шеренге солдат.
Его супруга воспользовалась заминкой, крепко прижимала к груди какой-то свёрток, неистово пробивалась к воде.