Девушку искали весь день. Не нашли. Прошлись баграми по дну пруда. Ничего. Даже ту рубашку, что ночью привлекла внимание барина, не отыскали.
- Сбежала неблагодарная! - фыркнула маменька на сообщение Александра. А Варюша вдруг заплакала.
- Варенька, что ты? Найдем тебе еще горничную. И учителя наймем. Настоящего француза выпишем! - попытался утешить ее брат, но девочка лишь отмахнулась и убежала к себе.
- Вот, что твои купленные образованные наделали! Найдется девка, пороть ее нещадно и отослать к свиньям. Там ей и место! - Аграфена Титова поджала бледные губы и посмотрела на сына.
- Искать, пока не найдут. А что с ней потом делать, решу сам! - Александр, так и не притронувшись к завтраку, встал из-за стола.
Сашу искали два дня. Было заявлено в полицию, извещены все окрестные помещики. Но крепостная как в воду канула. Александр несколько раз приходил к пруду, стоял поодаль, не решаясь подойти к самой воде.
А по ночам ему снова снился один и тот же кошмар. Тьма, свет, ее голос. Он просыпался, вскакивал. Потом ложился вновь, успокаивая бухающее сердце.
В последнюю ночь вот так вскочив весь в поту он решился. Александр не знал, откуда это пришло, но оделся и пошел к пруду. Измученный и бледный, он встал у самой кромки воды.
- Саша?...- конечно, он не ждал отклика. Просто захотелось выговориться, снять грех с души.- Прости. Я ... подлец. Я...
Никогда еще Александр не просил извинений у крепостной. Тем более у призрака... Души... Фантома... Потому не знал, что сказать. Или, может быть, его желание извиниться не было достаточно искренним, потому и слова застревали в горле?
Постояв так еще несколько минут, он вздохнул, поняв наконец всю абсурдность своего поступка, и ушёл в дом.
Утро встретило его Варенькиным смехом! Александра как подбросило! Сестра последние три дня не только не смеялась, она почти не ела, все время проводя в своей комнате в слезах. И тут смеется!!
Выйдя в столовую Александр онемел! Рядом с Варюшей за господским столом сидела и разливала чай из самовара...
- Саша?...- девушка подняла голову, взглянула ему в глаза, и Орлова вдруг пробрала дрожь, выступил холодный пот.
- Да, барин?- она не встала из-за господского стола, где ей было не место, не смутилась, не испугалась. Просто спокойно заглянула в глаза барину, и тому показалось, что в глубине ее глаз плескалось что то черное, страшное.
- Братик, я позвала Сашу позавтракать со мной. Ты ведь не против? - Варенька счастливо улыбнулась, и недовольство в душе Александра утихло, сменившись радостью за сестрёнку.
- Хорошо. Я... Я потом хочу поговорить с твоей наставницей, - он удивился, что назвал горничную наставницей; удивился, что не позвал тут же лакея, чтоб тот запер беглую девку; удивился, что за столом не было маменьки. Он вообще плохо понимал, что происходит. Не знал, как к этому относиться. Потому просто сел за стол и начал завтракать, изредка поглядывая на воскресшую горничную.
Странные дела
Александр ждал Сашу на веранде, что тянулась вдоль всего господского дома со стороны яблоневого сада. Здесь было спокойно, но Александр чувствовал, что там, за его спиной, с другой стороны дома, находится то, что тревожит его. Там был пруд, который одним своим видом пугал, не давая забыть те жуткие минуты.
Он тряхнул головой, пытаясь отогнать эти мысли и нерациональный страх.
- Хватит! - рыкнул он на самого себя. - Сегодня же приглашу священника. Пусть заново освятит дом и все вокруг. И спальню мою прикажу перенести в другую комнату.
- Вы звали меня?- голос за спиной все таки заставил вздрогнуть. Он резко обернулся. Да, как и прежде никакой почтительности ни в словах, ни во взгляде. Впрочем, дерзости тоже нет. Равнодушие. Так, словно ничего между ними не случилось.
- Где Вы... Ты... - он сбился, не понимая, как именовать теперь эту ледяную статую, что не излучает ни покорности, ни ненависти.- Где ты была эти дни?
- Я была больна, - коротко, не придерешься. Вот только они обыскали всю усадьбу, каждый уголок, каждую каморку. Где именно "она болела"?
- Тебя искали и не нашли.
- Значит, плохо искали, - все так же бесцветно произнесла она и добавила: - Если ко мне больше нет вопросов, я пойду к Варе. У нас урок французского.
Не дожидаясь разрешения, Саша развернулась и ушла. А Александр с минуту стоял, не понимая, что сейчас произошло. Подобных дерзких речей он не прощал никому, но, видимо от того, что в Сашиных словах не было вызова, как, впрочем, и вообще никаких эмоций, потому он не сразу понял неуместность этих слов. Не сразу в нем загорелся огонек гнева на эту девку! Да, как она смеет? Забыла, кто она и кто он?! Вот только излить свой гнев было не на кого. Виновница ушла.
- Филька! - позвал он проходящего по двору конюха.
- Ась, барин. Что прикажете? - Филимон, здоровенный рыжий мужик, явно любивший лошадей больше, чем людей, подошел ближе к веранде и поклонился.
- Как там мое приобретение? - почему он спросил о коне?
- Дык, хорошо. Овес жрёт, словно его век не кормили. Сахарок любит. Только больно строптив. Чуть что не по нему, так и норовит зубами ухватить. Только яблоками и спасаюсь, - конюх потер плечо, видимо, вспоминая очередной укус элитного скакуна.
- Ладно. Я зайду сегодня, гляну, - Александр махнул рукой, отпуская крепостного, а сам подумал: