Не пошло и пяти минут, как на пороге появилась Саша.
- Это ты, милая, барина с того света вытащила?- спросил доктор, поглядывая на красивую девку, так не похожую на обычных крепостных.
- Да, - кивнула она головой, не добавив обязательное "барин".- Я травы знаю.
- Чудесные травы ты заварила. Впервые вижу, чтоб лихорадку за ночь лечили. Напиши мне потом, что заваривала. Писать то умеешь?- хмыкнул доктор, а крепостная обиженно поджала губы.
- Вам на французском, немецком или предпочитаете латынь?- дерзко вздернув подбородок спросила Саша.
Это было так непочтительно, что Аграфена Титовна хотела было отчитать девку, но подал голос сам барин.
- Пошла вон!- крикнул он и закашлялся.
- Здоровья Вам... Барин, - последнее слово она словно выплюнула, развернулась и убежала.
- Ишь, волю взяли! - Аграфена Титовна кинулась к сыну, прикрыла его грудь одеялом.
- Ну, поеду я. Наведаюсь через пару дней. Хуже будет, присылайте за мной, - доктор встал, попрощался с пациентом и Аграфеной Титовной и поспешил к ждущей его двуколке.
- Доктор!- окликнула его Саша, сбегая за ним с крыльца.- Вот! Я написала.
Она протянула старику листок бумаги, исписанный красивым почерком.
- Ты недавно здесь?
- Да.
- Не обижают? Аграфена Титовна девок красивых по старой памяти не жалует. Да и молодой барин иной раз гонор показывает, - доктор хотел ещё что то добавить, да только рукой махнул.
- Ничего. Терплю, - улыбнулась ему девка.
Доктор не знал тогда, что вернётся раньше, чем пообещал. Да только не к барину.
К вечеру Александр встал, неверными шагами прошел в кабинет и со вздохом облегчения опустился в кресло.
- Сашенька, ужинать тут будешь? Сейчас пришлю, - засуетилась мать, но не успела сделать и шага, как из глубины дома донеслись крики, щуи падения чего то тяжёлого и звон разбитого стекла.
- Что там?- дверь распахнулась, и в кабинет влетела малышка сестра. В слезах и с окровавленной ладонью.
- Господи, Варюша, что с тобой? Что случилось?- обернулась к ней маменька.
- Там... Там папенька!! И Саша!- рыдала девочка, вытирая слезы окровавленной рукой. Стало видно, что девочка не поранилась, а просто испачкалась в чужой крови. И тут снова закричали!
- Да, что же там?- Александр, как мог, поспешил в сторону шума. А Аграфена Титовна, прижимая к себе рыдающую дочь, вдруг все поняла и закрыла рот рукой.
Ей стало ясно, что звуки идут из старого крыла дома, где с недавних пор обитает ее муж. Он вот уже как третий год почти не выходит оттуда. Лакеи носят ему еду и водку, меняют белье на его постели, приводят в порядок спальню.
Вход туда, кроме Федора да Мефодия закрыт всем. Ведь старый барин...
- Господи, Варюша, зачем вы туда пошли?- всхлипнула Аграфена Титовна.
- Маменька, там дверь была приоткрыта, а в нее мой котенок побежал. Я испугалась, хотела его поймать, а там!! Папенька... Без одежды совсем! А Саша за мной кинулась. Так папенька ее схватил и начал ее платье рвать! Я тогда вазу в него кинула и убежала... А Саша... Она там!! Она кричала!!- девочка зашлась в истерике, а Аграфена Титовна коротко всхлипнула, посильнее прижала к себе дочь и очередной раз прокляла тот день, когда она, по настоянию своей маменьки, пошла под венец с нелюбимым человеком, превратившим ее жизнь в ад.
- Барыня, там барин...- позвал Мефодий.
- Варюша, посиди в своих покоях с Глашей. Я сейчас посмотрю, как там Александр и вернусь к тебе.
И, передав дочь служанке, засеменила в сторону покоев мужа. Она понимала, что ничего хорошего ее там не ждёт. И оказалась права.
В полутемных, запущенных покоях старшего Орлова на несвежей, смятой, забрызганной кровью постели лежал голый Василий Иванович Орлов, лишь слегка прикрыв срам грязной простыней. А в углу, в истерзанном платье, сквозь прорехи которого виднелось исцарапаное тело, стояла крепостная Сашка, державшая в поднятой руке кровавый осколок разбитой вазы.
- Брось немедля!- крикнул Александр рабе, но та, глядя на вошедших безумными глазами, лишь выше подняла свою, поблескивающую свежей кровью и острым стеклом, защиту.
- Не подходите!!- крикнула она и ещё сильнее забилась в угол.
- Я что сказал?! Сейчас же брось стекло! Мефодий, Степан! Взять ее! - Александр перевел взгляд на отца.- И доктора привезите!! Срочно!
Чудом два здоровых мужика справились с обезумевшей крепостной, скрутив ее и бросив в холодную. А отец так и не приходил в себя. Порезы на груди и руках были хоть и обильно кровоточащими, но поверхностными. Кровь остановили, барина одели и уложили в чистую постель.
- Что доктор не едет?- Аграфена Титовна мерила шагами спальню мужа, а Александр сидел у кровати отца.
- Вот что, Сашка, девка, что к сестре приставлена была, больше не буйствует? В себя пришла?- спросил Мефодия Александр.
- Пришла, барин. Сидит в углу каморки, плачет, - поклонился Мефодий.
- Так тащи ее сюда. Если она такая травница, пусть батюшку лечит!