Терплю, смиренно улыбаюсь и давлю на газ. Благо, на улице ночь и машин мало, а если где-то за поворотом нас встретят гаишники, то я им лишь посочувствую — разъяренная Русалка, испытывающая адскую боль, этим ребятам точно не по зубам.
За десять минут под крики и проклятия доезжаем до пункта назначения, где нас уже встречают врачи. Они хватают Русалку и уводят ее рожать, а дверь родильного отделения закрывают передо мной с такой силой, что можно было и носа лишиться. Да, шесть лет назад, когда я случайно пролил на нее кофе, и подумать не мог, что это станет отправной точкой, которая приведет меня сюда – в белый коридор с нарисованными на стенах аистами.
Счастлив ли я? Безмерно!
Мы поженились на третьем курсе универа, уступив Ветровым первенство – они сделали это на втором. Их сыну уже год и, когда Лида забеременела, все почему-то решили, что наши дети должны пожениться. Но моя малышка еще не родилась, а я уже ненавижу ее будущего мужа. Так что Ветрову-супер-младшему лучше найти себе другую невесту и не проверять мои нервы на прочность. Хотя Лиде эта идея вроде понравилась. Да всем понравилась, кроме меня.
Уже два часа я сижу в коридоре в ожидании новостей, но слышу только тишину и собственные мысли, беспокойно копошащиеся в голове. Мне тревожно, страшно и при этом безумно радостно. Это нормально?
— Ты на мои роды также полз? — доносится до меня голос экс-Евсеевой. — И хорошо сейчас подумай над ответом, потому что если да, в следующий раз сам пойдешь рожать!
В ответ ей раздается невнятное сонное мычание и, когда Ветровы наконец-то показываются на этаже, я встречаю их с улыбкой. Этих двоих я сам позвал. Ну а что? И мне, и Лиде сегодня нужна поддержка. Так пусть родители моего будущего зять (все еще отрицаю эту мысль) принимают участие.
— Как она? Как вы доехали? Жданов, если что-то пойдет не так, я тебя лично закопаю! — нападает меня Юлька, пока я ее обнимаю.
— Все в порядке, увезли рожать.
— Вот и отлично, — зевая, говорит Ветров, – а теперь отлипни от моей жены, друг.
Смеюсь, отлипаю, жму ему руку. Дима выглядит так, будто Юля вытащила его из кровати шантажом и угрозами кровной мести. Она тоже это замечает, поэтому оставляет нас одних, а сама уходит на поиски кофе.
— Ну как ощущения? — спрашивает Ветер, когда его благоверная исчезает.
— Думаю, пока мы ехали, Лида сломала мне плечо.
— Заслуженно, — говорит он.
И у меня нет поводов с ним не соглашаться, потому что наши жены – героини, не иначе. Во-первых, они нас терпят. Во-вторых, роды – это вам не сахарной ваты поесть. Я, конечно, не проверял, но слухи ходят, что это мероприятие на развлекательное не похоже.
— Согласен, — киваю, уставившись на все еще закрытые двери.
— Второго пока не хотите?
Смотрю на него, как на дурака. Я то, конечно, может, и троих хочу. Но если скажу об этом Русалке, она тут же превратиться в ученого и сделает так, чтобы мужчины могли рожать.
Замечаю в глазах Ветрова какой-то озорной огонек. Он бегает по зрачкам с транспарантом, на котором написано “Сюрприз!” И если мое зрение к третьему часу ночи не подводит, то я начинаю догадываться, чем вызван этот вопрос.
— Держите, — подходит Юля и протягивает нам стаканчики с кофе.
Беру свой, а сам стараюсь как можно незаметно ее оглядеть. Да ну нет, быть такого не может. Прищуриваюсь – обычно это помогает увидеть что-то, что хотят скрыть. Но мое зрение не рентгеновское, да и УЗИ в глаза не встроены, поэтому решаюсь спросить прямо. Ну хотя как решаюсь? Просто выпаливаю, не подумав:
— Ты беременна?
Она смотрит на меня так, будто я только что разгадал тайну египетских пирамид. А потом переводит взгляд на мужа и возмущенно произносит:
— Ветров, тебе крышка!
— Это был секрет? — оборачиваюсь к другу, который сдавленно хихикает.
— Не смотри на меня, я тебе вообще-то ничего не говорил. Ты сам догадался.
Он встает, подходит к Юльке и целует ее в нахмуренный лоб.
— Ты беременна! — восклицаю, вскакиваю и бросаюсь на нее с объятиями, оставив нетронутый кофе на стуле.