А вот тут мне нужно поставить собственную точку. Делаю глубокий вдох, собираясь с мыслями.
— Кстати, об этом, — начинаю я, — никому не нужно думать, что мы вместе. Ты вчера помог мне, спасибо за это. Но дальше я сама. Фальшивые отношения не нужны мне для того, чтобы постоять за себя.
Не дав ему возможности ответить, быстро сажусь в машину. Нет желания выслушивать нотации и терпеть уговоры. К тому же, времени до начала занятия остается все меньше и меньше, и пора бы уже поторопиться.
Жданов садится рядом и сжимает руль. Замечаю сбитые костяшки и почему-то испытываю желание прикоснуться к его руке, но отмахиваюсь от него. Что за глупости лезут в мою голову?! Перед глазами всплывает субботняя картина – пробивающийся через ночь дождь, мой шок и ярость Руслана…
Глава 6. Руслан. 15 сентября
“Дальше я сама”. Слова, которые вонзились в мое сердце миллионом иголок. Чертова Русалка. Что вообще у нее в голове? Прогулки по волнам с рыбами? А должен быть мозг.
Мне кажется, я дожил до понедельника только из-за мыслей о ней. О том, как буду обнимать ее, хотя бы в стенах этого универа, потому что за их пределами мне, видимо, ничего не светит. Своенравная, самодовольная рыжая ведьма. Девчонка, из которой придурок Полонский решил сделать трофей.
Ян никогда не отличался благопристойностью и порядочностью. О его отношениях с девушками знают все, кроме, видимо, невинных первокурсниц, которые еще не успели втянуться в местные сплетни. Хотя и сплетнями это назвать нельзя. По коридорам факультетов гуляет правда, омытая слезами. И Инга, девушка Игната, была одной из тех, кто проливал их.
С Яном она встречалась, когда они оба были еще первокурсниками. Он тогда только расстался с ее одногруппницей. Тоже повелась на милую улыбку и притворную харизму. Вот только закончилось все так же быстро, как и началось. Именно после истории с Ингой все узнали, что Полонский – любитель пополнять собственную коллекцию видео. И показывать ее всем подряд. Спасибо, что хоть в сеть не выкладывает. Но его трепа достаточно, чтобы испортить репутацию.
Игнат, тогда второкурсник, тусующийся в компании популярных выпускников, одним из которых потом стал и сам, застал Ингу в подсобке в слезах. Она выложила ему все подчистую. Брат не стал медлить и сломал Яну нос, пригрозив, что если он тронет еще хотя бы одну студентку нашего универа, переломанными окажутся все его кости. Угроза подействовала – Полонский больше не встречался ни с кем в этих стенах. Зато активно развлекался за их пределами и слухи об этом ходили по коридорам чаще, чем студенты – там на него никто не могу повлиять, а здесь мой брат был наручниками, которые удерживали его. А теперь делать это буду я.
Игнат помирился с Яном только для того, чтобы иметь возможность следить за безопасностью девчонок. Он и сейчас делает вид, что они друзья, из-за этого. Можно было бы, конечно, устроить скандал и довести Полонского до отчисления. Вот только его отец будет прикрывать сыночка до тех пор, пока жива последняя нервная клетка. Нас с Димой брат ввел в курс дела еще когда мы учились в одиннадцатом классе. Дал понять, что теперь и нам нужно приглядывать за этим придурком. Я и поехал в субботу к нему на тусовку только для того, чтобы обезопасить Русалку. Раз уж она так жаждала провести с ним время.
Мы выходим из раздевалки после физры мокрые и потные. Оглядываю коридор – Лиды с Юлей поблизости нет.
— Подождем? — спрашивает Дима.
— Только если пообещаешь наконец-то поцеловать Юлю. — хмыкаю я.
Ветров вчера рассказал мне, что брюнетка его отшила. Мягко отодвинула от себя, словно кошка. Вроде и отворот-поворот не дала, но границу обозначила.
— Не. — отмахнулся Ветер и я с удивлением посмотрел на него. Неужели сдался? — Я буду медленно добиваться.
Хорош. Этот парень точно пропал. Потерялся в ее голубых глазах. Я одобрительно хлопаю его по плечу и в этот момент дверь женской раздевалки открывает. Ветров приосанивается и я ухмыляюсь, заметив это. Но в коридоре появляются не Юля с Русалкой, а наша одногруппница Алина.
— Меня ждете? — спрашивает она, посылая мне обворожительную улыбку.
Знаю, что нравлюсь ей. И это могло бы быть взаимным, если бы первого сентября пролитый кофе не познакомил меня с рыжеволосой красоткой, которая теперь топчется по моей душе своими каблуками.