— Черт! — произношу слишком громко для молчаливой аудитории, чем приковываю к себе взгляды всех одногруппников и преподавателя.
— Покровская, — говорит Альбина Ивановна, поправляя очки на переносице, — вам настолько не нравится предмет?
Смотрю на эту пожилую женщину, которая выглядит как божий одуванчик, но со взглядом Люцифера, и понимаю, что она явно не тот человек, с которым стоит портить отношения. Тем более, на ее предмет у меня большие планы.
— Нравится, — опускаю голову, чтобы спрятать покрасневшие щеки, — просто ручка закончилась.
— У меня есть запасная, — спасает сидящая рядом Юля.
Едва пара заканчивается, утаскиваю ее на улицу. Нужно проветрить голову, потому что больше так продолжаться не может. Мысли о Руслане мне не нужны – фальшивому парню никогда не стать ни настоящим, ни будущим. Он заносчивый, надоедливый, нахальный и… И стоит сейчас с какой-то блондинкой. Почему-то мне хочется оттащить ее от него за завязанные в хвост волосы. Надо напомнить ему, что верность – главное, в наших несуществующих отношениях.
— Это кто с ним? — спрашиваю Юлю, скрестив руки на груди.
— Алина вроде. Его одногруппница, на физру с нами ходит.
Напрягаю зрение и действительно узнаю в ней девчонку, которая каждое занятие хвастается своим шпагатом так самоотверженно, словно других достижений у нее в жизни нет и уже никогда не будет. А сейчас она стоит рядом с Русланом и почему-то проводит своей рукой по его предплечью.
— Не ревнуй. — звучит рядом с нами голос Димы.
Оборачиваюсь и впиваюсь в него разъяренным взглядом. Не знаю, как ему удается выдержать это с улыбкой и не превратиться в пепел.
— Она в него влюблена. — говорит Ветер и притягивает к себе Юлю, заключая ее в приветственные объятия. Более нежные, чем того требует обычная вежливость.
— И ты тоже? — спрашиваю, не в силах сдержать ехидство.
— Не, я в Жданова не влюблен. — добродушно отвечает Дима и с нежностью смотрит на мою подругу, которая не сводит глаз с этой блондинки.
Да, Ветру больше по душе голубоглазые брюнетки. Ну и как на него злиться, кто-нибудь знает? Улыбка предательски ползет по моему лицу и тут же исчезает – вижу, как к универу подходит Полонский, который, видимо, тоже заметил признаки неверности Руслана. Решаю убить двух зайцев одним ударом и, оставив голубков ворковать, иду к своему фальшивому парню.
— Привет. — говорю, убрав с него руку блондинки и крепко обнимаю.
— Привет, любимая. — он целует меня в щеку, как ни в чем не бывало.
В сердце пожар. Не понимаю, откуда он взялся и как его потушить. А у Руслана с головой все в порядке? Стоит с какой-то девкой, улыбается ей и при этом смеет меня называть любимой! Встаю на носочки и шепчу куда-то в район его шеи:
— Убью.
— Я тоже тебя люблю. — с улыбкой произносит он.
Что он только что сказал? Неужели у меня слуховые галлюцинации начались в столь юном возрасте? Я испытываю жгучее желание то ли ударить его, то ли укусить.
Ничего не отвечаю на этот выпад. Поворачиваюсь к блондинке и пытаюсь сделать свой взгляд дружелюбным. Должна признать, она красивая. Достаточно высокая, с кукольным личиком и невинными глазами. Этакая Барби местного разлива, сбежавшая с фабрики игрушек.
— Лида. — представляюсь и протягиваю ей руку.
— Алина. — она пожимает мою ладонь и в этот момент я вижу боковым зрением, как Полонский стоит поодаль и с интересом наблюдает за нами. Что ж, я обязательно еще использую эту ситуацию против него. Пусть думает, что у нас с Русланом все не так уж и гладко – это поселит в нем мысль, что он еще может выиграть свой идиотский спор.
— Приятно познакомиться, Алина. — произношу чрезмерно сладким голосом. — К сожалению, нам уже пора. Но вы еще встретитесь с зайчиком на парах.
Беру его за руку, впиваясь ногтями в ладонь, и тащу за собой.
— Это я что-ли зайчик? — спрашивает он, сдерживая смех, когда мы немного отходим.