— Вау!
— Что, прям хорошо? — спрашивает она, вертясь у зеркала.
— Да! — подтверждаю, не сводя от нее восхищенных глаз.
Не понимаю, почему она не может поверить в то, что выглядит прекрасно. Худые длинные ноги, узкая талия, светлая кожа и необычайная гармония между цветом глаз и волос. Если добавить красную помаду, она предстанет роковой девушкой, вампиршей, чья цель – кровь влюбленных парней.
Выходим из магазина с пакетами – Юля с платьем, я – с парой очередных юбок, которые уже, если честно, хранить негде. Общежитие не балует мебелью. У нас два шкафа, и те практически целиком забиты моими вещами, ведь Юлькин гардероб из джинс, водолазок и джемперов умещается на двух полках.
— Ты должна надеть его в понедельник и… — говорю я, когда мы выходим из магазина, но не успеваю закончить и врезаюсь в чье-то плечо. — Твою мать!
— Привет, рыжик.
Сдерживаю тяжелый вздох, натягиваю очаровательную улыбку и поднимаю взгляд. Ян стоит, засунув руки в карманы кожаной куртки и смотрит на меня, а в глазах бегают искорки. Понимаю, почему он спрашивал меня о планах – хотел выловить, когда рядом не будет Жданова, и ему это удалось.
— Какая встреча. — я стараюсь смотреть не на него, а как будто сквозь. — И наверняка случайная, ведь ты не знал, где я буду.
Он смеется, по видимому, воспринимая мою колкость за флирт.
Странно, но ноги не подкашиваются, сердце не стучит, пульс бьется ровно. Какое счастье, неужели меня отпустило?! Внимательно разглядываю его и перестаю понимать, что меня зацепило в этом блондине. Глаза не притягательно зеленые, а дьявольские непонятные. Улыбка похожа на оскал. Светлые кудри беспорядочно торчат в разные стороны, как будто с опрятностью Полонский вообще не знаком.
— Может, сходим куда-нибудь перекусить? — предлагает он. — На третьем этаже есть кафе, вам двоим оно точно понравится.
Вот жук! Понял, что Юля будет сдерживающим фактором и выбрал прекрасную тактику – подобраться ко мне, очаровав ее. Но не учел одного – она не поведется. Как, видимо, теперь и я. Смотрю на него без трепета и не чувствую, кажется, ничего, кроме легкого отвращения. Пытаюсь придумать достойную отмазку, чтобы никуда не пойти, но в голове как назло пустота. Только перекати-поле носится по извилинам.
— А нам понравится? — слышу спасительный голос Жданова.
Бог точно есть и он обо мне заботится, других причин его своевременному появлению я не нахожу. Интересно, он случайно здесь или Евсеева рассказала Ветрову о нашей вылазке, а тот не мог не поделиться этой информацией с лучшим другом?
— Привет! — пожалуй, слишком радостно говорю я, повернувшись к нему, и тут же обнимаю. Он прижимает меня к себе, уткнувшись носом в волосы, и не торопится отпускать.
— Вам с Ветровым тоже придется по вкусу. — говорит Полонский и только сейчас я замечаю, что Дима тоже тут. Эти Лелик и Болик по отдельности вообще могут существовать? Хотя что уж там, мы с Юлей и сами прилипли друг к другу, как палец к клею «Момент».
— Прости, Ян, — вступает Ветров, — но мы откажемся. Есть планы, сам понимаешь.
Он с нежностью смотрит на Юлю и я закатываю глаза. Понимаю, почему она бесится. Я бы сама психовала, если бы парень, который мне нравится, воспринимал меня за статую в музее. Нет, восхищение – это, конечно, прекрасно. Но на одних комплиментах и взглядах чувства долго не продержатся. Все может рухнуть, если вовремя не сказать “Я в тебя влюблен”. Или хотя бы “Ты мне нравишься”.
Полонский, поняв, что ловить нечего, дружелюбно прощается с нами и капитулирует. А я выпутываюсь из рук Руслана и под предлогом серьезного разговора отвожу его в сторону, задумав маленькую шалость. Отходим достаточно далеко, чтобы пара наших друзей ничего не услышала.
— Жданов, с этим нужно что-то делать. — киваю в сторону Димы и Юли. Мы стоим примерно в трех магазинах от них, но я все равно стараюсь говорить тихо.
— Я тоже считаю, что нам необходимо целоваться много раз в день. — отвечает он и тянется ко мне, делая вид, что и правда собирается поцеловать.
— Идиот! — отталкиваю его.
— И тебе это нравится. — Руслан проводит рукой по волосам и ухмыляется.