Она накрывает мою ладонь своей и смотрит чистыми искренними глазами. А я чувствую себя последней дрянью от того, что вынуждена ее обманывать.
— У Руслана так глаза светятся, когда он на тебя смотрит. — продолжает Инесса Витальевна. — Никогда его таким не видела! Обещай мне сильно не удивляться, когда он позовет тебя замуж.
Мои глазные яблоки готовы покинуть свое привычное место и вылезти на лоб. Какой такой замуж?! Мне только восемнадцать и я всего-то его разок поцеловала! Да мы даже встречаемся не по-настоящему. Если бы все было иначе… От этого «иначе» пульс с сердцем устраивают спарринг. Какой-то несанкционированный бой внутри моего организма. Я не понимаю, что происходит и почему мне так хочется, чтобы он сейчас тоже взял меня за руку.
— Обещаю, — говорю я, но голос дрожит. А в голове все еще звучит его “Нет”, сказанное на том балконе.
Глава 13. Руслан 20, 21 сентября
Спидометр моей неловкости зашкаливает. Мы с Русалкой сидим в машине, пока она прогревается, и молчим. Вижу улыбку на ее лице и не понимаю, как ее трактовать. На злорадную она не похожа, на ехидную тоже. Да и смущение вроде бы не напоминает. Прихожу к выводу, что она просто довольная.
Черт, я не ожидал, что бабуля вернется так рано со своего вечера сплетен с подружками. Думал, у нас с Русалкой будет время сбежать, но мы попали в плен постыдных историй о моем детстве.
Конечно, бабушка знала, что я собираюсь зайти в ее квартиру, так что несанкционированным наше присутствие не было. Я даже сказал, что буду с девушкой по имени Лида. Она не стала интересоваться, в отношениях мы или нет, и я тогда не придал этому значение. Но сейчас понимаю, что бабуля сама сделала вывод. И Русалка отыграла эту роль. Интересно, почему? Не хотела ставить в неловкое положение ее, меня или себя?
Что ж, теперь мы – прекрасная пара не только для студентов университета, но и для самого значимого человека в моей семье. Нельзя сказать, что я живу в темном царстве, но она точно лучик света. Удивительно, что эта прекрасная седовласая женщина воспитала моего отца. Ее это тоже удивляет.
— Я не учила тебя быть зацикленным на работе занудой! — говорила она ему, когда он приходил домой за полночь.
Всей семьей мы часть моего детства жили вместе с ней. Денег на съем или тем более покупку собственной квартиры не было. Родители целыми днями работали, а мы с Игнатом свободное время проводили на том самом техническом этаже. Устраивали там битвы, играя в человека паука. Брат всегда выбирал себе роль злодея, чтобы я по итогу мог остаться победителем. Славно было. Я тогда не знал ничего о деньгах и даже не понимал, что нам их иной раз только на хлеб хватало. Счастливое детство, я считаю.
Бизнес отца зацвел, когда мне было лет 11. Мы стали летать за границу, купили дом, сделали ремонт бабуле, мама бросила работу и наконец-то начала отдыхать. В общем, все поняли разницу между новым миром и тем, что был до.
Думаю, именно поэтому отец так муштрует нас с Игнатом. Он всегда говорит, что если бы у него было образование, он бы добился успеха быстрее. Может и есть в этом доля правды. Вот только он настолько сросся со своей работой, что, кажется, забыл о том, как когда-то счастливыми нас делали совсем другие вещи. Не фуагра и лобстеры, а хлеб с маслом и малиновым вареньем. Отпуск не на море, а на речке в ближайшей деревне. Нет, я не умаляю заслуги отца, ни в коем случае. Просто хочу прийти к золотой середине, он же старается канат перетянуть на себя.
— Не прощу тебя, Жданов. — говорит Русалка, но я слышу в ее голосе задор, а не обиду, так что просто принимаю правила игры.
— За что?! — возмущаюсь я и хватаюсь за сердце, делая вид, что из-за ее слов мне в душу уже дышит инфаркт.
— Ты скрывал от меня сокровище! Если бы ты раньше познакомил меня со своей бабушкой, я бы, может, сразу согласилась стать твоей фальшивой девушкой.
Мой план, Русалка, сделать так, чтобы ты захотела стать настоящей. Но говорить вслух я этого, конечно же, не буду.
Смотрю на нее и улыбаюсь. Рыжие волосы беспорядочно разбросаны по плечам, карие глаза сияют, а губы изгибаются в такой соблазнительной улыбке, что мне нестерпимо хочется ее поцеловать. Жаль, что в моем случае торопиться действительно не стоит.
— Хорошо, — продолжает она, — что ты не собираешься делать меня настоящей.