Еще несколько минут мы стоим в компании Ани и Маши, они продолжают обсуждать безуспешную разлучницу с Юлей, которая приняла на себя весь удар и активно ведет беседу. Я лишь улыбаюсь, пытаясь распутать клубок собственных чувств. Не хочу сейчас видеть Руслана, слышать, думать о нем, но ничего не получается. Руки сами тянутся к телефону и я отправляю Жданову одно единственное слово: “Молись.” У нас утром была совместная физра и Чертеныш мог во всем признаться. Но выбрал другую тактику, за которую теперь будет просить прощение.
— Прекрати, ты сейчас все зубы себе сточишь. — шепчет Юлька, когда мы сидим на паре, и отнимает у меня карандаш, который я нервно грызу.
— Откуда ты узнала про Алину? — спрашиваю, придвинувшись к ней ближе.
Вместо ответа она тихонько сует свой телефон и я в очередной раз восхищаюсь ее находчивостью. Все просто – Юля написала Ветрову, и тот сразу выложил, что Алина сама завалилась к Руслану домой, но даже там встретила игнор. Мне ее жаль. Посоветую ей хорошего окулиста – пусть поможет разглядеть, что она ему не нужна.
Отвлекаюсь на свой телефон, загоревшийся новым сообщением – бедняга Жданов просит встретиться после пары и поговорить. Вот уж нет дорогой, будешь страдать за то, что не рассказал мне обо всем сам.
Полтора часа лекции кажутся вечностью. Будь на улице лето, уверена, я бы считала мух, залетевших посмотреть на сонных первокурсников. Но за окном сентябрь, который поливает город своим своим прощальным дождем. Не люблю осень. Не понимаю, какой в ней толк. Зимой все отмечают начало новой жизни, весной – торопятся влюбиться, летом – отдохнуть. А три рыжих месяца зачем нам даны? Чтобы мы могли осознать ценность скуки и тоски?
Выходим из кабинета и ненадолго прощаемся с Юлькой – ее ждет Ветров. Наверняка еле выжил без поцелуев. Я же продолжаю игнорировать Руслана и не отвечаю на его сообщения. Выхожу на узкую лестницу, ведущую на первый этаж, и встречаю там того, кого тоже не хочу видеть.
— Привет, — говорит Полонский, подходит ближе и кладет руку мне на плечо. — Ты как?
Неужели Аня с Машей еще не раструбили всему универу о неудаче Алины, и Ян решил состроить из себя джентльмена и пожалеть меня? Натянуто улыбаюсь и убираю его ладонь.
— Все прекрасно.
Прохожу мимо, гордо вышагиваю по ступенькам, хоть это и не просто – на каблуках всегда есть шанс до низу не дойти, а докатиться.
— Слышал про Алину. — продолжает Ян, ступая позади меня. — Ты сильно расстроилась?
— Из-за чего? — упорно продолжаю смотреть вперед и держать себя в руках.
— Она же пыталась подкатить к твоему парню. — Полонский издает противный смешок, который подтверждает, что он тут вовсе не из благородных побуждений. Почву прощупывает.
— У меня нет поводов для расстройств и переживаний. — грубо отвечаю я. — Руслан никогда мне не изменит.
— Ты уверена в этом, Рыжик?
Меня передергивает и от его вопроса, и от этого прозвища. Поверить не могу, что еще недавно таяла при виде него и расплывалась в улыбке, как наивная девчонка. Я делаю глубокий вдох, останавливаюсь на лестничном пролете и поворачиваюсь к Яну. Неделю назад я бы сказала, что выглядит он потрясающе. Сейчас же считаю, что этот пижон пытается прибиться к берегу, у которого его совсем не ждут.
Закусываю губу, но не от якобы нахлынувших чувств, а потому что вошла в образ нимфы, за которой Ян должен увиваться. Полонский подходит вплотную ко мне, я опускаю глаза, аккуратно поправляю ворот его рубашки, едва касаясь пальцами шеи. Маленький жест, усыпляющий бдительность. Уверена, он думает, что на верном пути, вот только с каждым шагом лишь отдаляется от своей цели.
Поднимаю на него взгляд, невинно хлопаю ресницами и произношу:
— У нас с Русланом серьезные и доверительные отношения. Одна влюбленная девчонка ничего не испортит.
Разворачиваюсь и ухожу, виляя бедрами так, будто лестница – это подиум.
Спускаюсь в столовую. Толпы людей, шквал голосов, смешивающиеся друг с другом запахи еды и ни одного свободного стола. Замечаю Алину. Она сидит в компании подруг и ковыряется вилкой в салате. Глаза опущены, брови сдвинуты и даже блондинистые волосы как будто потускнели от ее настроения. Довольно ухмыляюсь. А нечего было подкатывать к моему парню, пусть пока и фальшивому.