Стоп, что? Пока фальшивому?! Лида, умоляю, вернись и передумай эту мысль. Во-первых, он ясно дал понять, что ничего другого не хочет. Во-вторых, как бы его бабушка не болела за тебя, тебе это тоже не нужно!
Какая только ерунда в голову не придет. Мне определенно стоит ложиться спать пораньше, а то вечный недосып негативно влияет на мой мозг.
Справа от Алины сидят Маша с Аней в окружении своих одногруппниц. Они смеются, о чем-то активно болтают и искоса поглядывают на блондинку, которой искусство распускания сплетен познать не удалось. Что-то мне подсказывает, что обсуждают они как раз ее. Что ж, дам им еще один повод для разговоров.
Встаю в очередь на раздачу и одним глазом поглядываю, как бы Алина не покинула столовую. Как будто не собирается – ее тарелка даже наполовину не опустела. Хм, прекрасно. Оплачиваю свой борщ и осматриваюсь – нужно выбрать верную траекторию. В этот момент в столовую заходит Жданов, замечает меня и очаровательно улыбается. На секунду я даже думаю отказаться от своей затеи, но тут Алина очень некстати оборачивается на него.
Иду в сторону разлучницы-неудачницы и, поравнявшись с ней, цепляюсь своей ногой за ножку стола. Поднос с борщом падает на Алину, я – на пол. Вокруг повисает тишина, и первое, что ее нарушает – мой сдавленный возглас.
— Зачем ты это сделала?! — я смотрю на Алину, картинно схватившись за лодыжку.
— Я ничего не делала… — растерянно говорит она.
Малышка, ты свернула не туда даже не вчера, а гораздо раньше.
Борщ стекает с ее блузки, с белоснежной шеи и даже с прядей светлых волос, но мое обвинение, видимо, стало настолько неожиданным, что она этого просто не замечает и игнорирует протянутые подругами салфетки.
— С тобой все в порядке? — прибежавший на помощь Жданов опускается рядом со мной на корточки и пытается ощупать ушибленную ногу.
Я смотрю на него печальными глазами из которых вот-вот польются слезы. Как ни странно, не фальшивые – все то, что я сдержала при встрече с Аней и Машей, готово вырваться прямо сейчас и затопить столовую. В его взгляде вижу неподдельное беспокойство. Прости, Руслан, ты пал жертвой интриги. Но с тобой я потом разберусь.
— Она подставила мне подножку, — произношу, всхлипывая, — и я упала.
— Встать можешь?
— Нога болит…
Жданов подхватывает меня на руки, я обвиваю его шею своими руками и утыкаюсь носом в ворот черного поло. От него пахнет парфюмом с ароматом кедра. Обожаю древесные запахи… Теряюсь на какое-то время, расслабившись в его сильных руках, и прихожу в себя лишь в тот момент, когда оказываюсь в его машине.
— Куда поедем? — спрашиваю, уставившись в лобовое стекло.
— В больницу, — говорит он и заводит свой BMW.
— Мне не нужно в больницу. — отмахиваюсь я.
— Почему? — он непонимающе смотрит на меня. — У тебя болит нога, нельзя это запускать.
— Мне не нужно в больницу, Жданов, потому что ты идиот и обманщик.
— Слушай, — начинает он и я чувствую оправдательные нотки в его голосе, — если ты это из-за Алины, то ничего не было, клянусь. Она узнала мой адрес в деканате и зачем-то пришла. Я довез ее до остановки и уехал, я с ней даже почти не разговаривал.
Смотрит на меня с сожалением и я бы за этот взгляд все простила, если бы он сразу мне рассказал. Но нет, он решил промолчать, из-за чего моя укрепляющаяся королевская репутация слегка пошатнулась. Слава Богу, корону удалось удержать на голове, хоть для этого и пришлось упасть на глазах у других студентов.
— Я не знал, что она подстроит твое падение, не думал, что она на такое способна.
Провожу рукой по его щеке и чувствую легкую щетину. Почему-то накатывает такая нежность, что хочется все события оставить снаружи, забыть их. Но я была бы не я, если бы так сделала.
— Я упала специально. — одергиваю руку и с вызовом смотрю на него. — Скажи спасибо, что тарелка прилетела в нее, потому что она могла прилететь прямо в твою хорошенькую голову.
— Хорошенькую? — Жданов победно ухмыляется, но тут же меняет выражение лица на серьезное. — Черт, Русалка, ты что?! Ты унизила ее при всех из-за меня?