Странную тактику выбрал Полонский. Ему надо меня завоевать, но вместо это он заводит себе подружку, похожую на йоркширского терьера. Рассчитывает, что я приревную? А я и приревновала. Только не его.
Вчерашнее примирение со Ждановым спасло появление его отца и мой пролитый кофе. Можно ли считать, что Вселенная восстановила справедливость, испачкав белоснежную рубашку? Однозначно да.
— Ты чего лыбишься? — спрашивает Юлька и пихает меня плечом.
Мы сидим на подоконнике в коридоре третьего этажа. До начала лекции остается минут десять, но ни Жданов, ни Ветров, ни даже Полонский нас не почтили своим присутствием.
— Вспомнила лицо Руслана. — хмыкаю я.
— И восхитилась тем, какой он красивый и мужественный?
— Его двойным шоком. — с улыбкой отвечаю я.
Да, не успел Чертеныш смириться с пролитым кофе, как еще одним ударом по хрупкой мужской самооценке стал свидетель в виде его отца. Вот только я не заметила, чтобы между ними были нежные отношения. Руслан сразу как будто отстранился и закрылся.
Они с отцом очень похожи внешне. То же самовлюбленное выражение лица, тот же взгляд с искорками. Оба смотрят так, будто застали тебя за чем-то неприличным и теперь решают, сохранить это в секрете или растрепать всему свету. И у каждого в облике есть что-то такое, что все равно к себе располагает.
— Мир за тебя отомстил. — хихикает Юля и тут же меняется в лице, глядя в телефон.
— Не пишет? — спрашиваю я, понимая, что ее расстроило.
— Нет. — она пожимает плечами, делая вид, что ее это не беспокоит. Но я то знаю, что Ветров, прилипающий к ней на каждом перерыве, просто так в тишину не ушел бы.
— Пойдем. — спрыгиваю с подоконника и беру ее за руку. — Пройдемся.
Эти двое совсем страх потеряли, раз вздумали нас игнорировать. Не знаю, что у них там случилось, но лучше бы им быстрее объявиться. Юлю нервничать не позволю!
Мы спускаемся на первый этаж, забираем одежду из гардероба и неторопливо выходим на улицу. Затянутое тучами небо не предвещает ничего хорошего. Резкие порывы ветра набрасывают волосы на лицо, мешая мне разглядеть тех, кто тоже вышел подышать прохладным воздухом.
— Их тут нет. — тяжко вздыхает Юля.
— Мы не за ними вышли, а проветриться. — обманываю я ее и себя.
Конечно мне до жути интересно, куда запропастился Жданов, которому еще вчера пришлось украсть меня из столовой, чтобы просто объясниться. Но говорить об этом не хочу, чтобы не ухудшать настроение Евсеевой, не привыкшей к игнору Ветра.
Мы неторопливо идем в сторону парковки, делая вид, что просто прогуливаемся. Если машина Руслана на месте, значит, эти двое скрываются где-то в стенах университета. Я особо поводов для беспокойства не вижу, но Юлины переживания все же немного передались мне воздушно-капельным путем.
Едва мы сворачиваем за угол, как встречаем троицу заклятых друзей. Ветров, Жданов и Полонский о чем-то нервно разговаривают и нас не замечают. Говорят они достаточно тихо и слов мы разобрать не можем, но на лицах каждого написана злость.
Юля с тревогой смотрит на меня и я пытаюсь придать решимости своему ответному взгляду. Не знаю, получается ли, но веду ее прямо к парням.
— Оставь ее в покое. — долетает до меня гневный голос Жданова.
Опять что-ли из-за меня с Полонским ругается? Ну такой милый. До проигрыша Яна всего ничего осталось, а он продолжает защищать меня от посягательств. На лице появляется какая-то совершенно глупая улыбка, но тут же исчезает, когда я встречаюсь взглядом с Ветровым. Следом за ним нас замечают и остальные.
Что-то прошипев парням, Ян идет в нашу сторону. Когда мы равняемся, он практически шепотом произносит:
— Кошка, твой парень уделяет слишком много внимания моей девушке. Звони, когда расстанетесь, буду рад утешить.