"Тёмная ночь"
Айлин
Я уже в машине, едем домой. Я не понимаю, что происходит. Мой мозг отказывается принимать информацию. Мой брат мёртв?! Не могу сдерживать слёзы.
— Папа, почему его убили, кто, за что? — Рыдаю.
— Это Батыр, брат твоего мужа убил Руслана...
— И меня вместе с ним убили… Лучше бы убили… Это кровная месть. Мира не будет никогда… — Я думала, что говорю про себя, оказывается, сказала вслух.
— Дочь, приди в себя. О каком мире ты говоришь?! Они брата твоего, брата убили. Послушай меня внимательно: если этот ублюдок Давуд захочет прийти, поговорить или забрать тебя — твоя задача прогнать его. Я сказал, что кровной мести не будет. Я заберу дочь, на этом всё. Но если ты попытаешься с ним уйти — ты знаешь, я не дам ему уйти. Месть будет объявлена.
Лика подходит, обнимает меня.
— Аи, давай немного пройдёмся у речки?
— Я не хочу, Лик, да и сил нет.
— Ну, пожалуйста, минут десять, послушаем шум воды и вернёмся. — Я не хочу идти, но Лике не хочется отказывать.
Идём мы вдоль речки...
— Аи, что теперь будет с вами с Давудом?
— Ничего не будет, Лик. Уже ни-че-го.
— Почему ты так уверена? — Мужской голос перебил меня.
— Давуд!.. Давуууд… Что ты здесь делаешь, тебя могут увидеть? Уходи…
Он обернулся, с ним мужчина, и Лика стоит рядом.
— Можете нас оставить? — Обращается он к ним. Они отходят, я не знаю, насколько далеко, но я не вижу их в темноте.
— Айлин, девочка моя! — Он моментально обнимает меня. Начинает целовать меня, щёки, глаза, нос, губы. Шепчет: — Девочка моя, как я соскучился по тебе.
Я тоже прижимаюсь к нему, не могу надышаться его запахом.
— Я так ждала этой встречи! — Рыдаю я. — Вот бы мы не встретились в таких обстоятельствах. — Жмусь к нему сильнее.
— Айлин, послушай меня, — он смотрит мне прямо в глаза. — Я приехал за тобой. Мы с тобой не виноваты в этом. Да, мне очень жаль. Прими мои соболезнования. Но давай уедем. Куда угодно, лишь бы ты поехала со мной.
Сердце разрывается, я чувствую боль в груди. Но я помню слова отца. Я не могу им рисковать. Ведь он мне дорог, безумно дорог… Мне тяжело было дышать, когда он уехал, а если его убьют, то я не знаю, что со мной будет…
— Давуд, я… мы… мы не можем. — Его лоб касается моей щеки. Он так тяжело дышит в мои губы. Я еле держусь, чтобы не упасть.
— Айлин, ты нужна мне. Ты даже не представляешь, как нужна мне. Не оставляй меня!
— Они не дадут нам жить, Давуд, не дадут жить тебе. — Моя челюсть дрожит. Слёзы текут, не переставая.
Я не могу позволить этому случиться, ведь… ведь я полюбила тебя, до… до бесконечности в квадрате… — Я говорю про себя.
— Давай не станем врагами друг другу. Я вошла в твою жизнь, не спросив у тебя, я так же и уйду, не держи меня. Мне тоже тяжело, у меня брата убили. Его убил твой брат…
— Айлииин, девочка, — говорит уже грозно, — мы разве виноваты, я разве виноват? Послушай, я подожду. Три дня, десять дней, месяц, сколько надо. Вот твой телефон. Если ты не хочешь, не можешь сейчас — я пойму. Но не говори, что уходишь из моей жизни! Да, ты пришла, не спросив меня, но уйти не получится…
Он ушёл, как и вошёл в мою жизнь…
Зайдя во двор, Халид подходит, спрашивает:
— Где вы были?
— Прошли у речки!
— Айли, ты же понимаешь, теперь мы враги с ними, — как будто он знал, что мы виделись, и дал мне попрощаться, даже если и брат сам виноват. — МЫ ВРАГИ!!!
— Да, брат, я знаю.
— Где твой телефон? — Он забрал его, достал оттуда сим-карту и вернул обратно.
— Лика, дай сюда свой. — Она тихо протягивает, и оттуда он вынимает карту. — Ты же понимаешь, раз дружишь с нашей сестрой, нам придётся в чём-то принимать решения в твоей жизни? Завтра куплю новые.
Хотя я не думаю, что после моих слов он стал бы мне названивать.
— Дело не в том, кто виноват, я не могу предать семью. Ты пойми и меня — ты смог бы жить с сестрой убийцы своего брата? Вот и я не смогу! — Вспоминаю свои слова.
"Время не лечит"
В ту ночь этот двухметровый, широкоплечий мужчина с грозными чертами лица — с такими умоляющими глазами просил меня не оставлять его. Хотя он и дёргался, как будто хотел закинуть меня на плечо и увезти, и что-то его останавливало. Точнее не страх, что его убьют...
С того момента прошёл месяц. Сердце так и стучится как бешеное, когда я вспоминаю этот вечер. Тогда всё было свежо, рана кровоточила... За вечер узнать, что мой муж, взрослый, зрелый мужчина, который проживает эту жизнь с большой ложки, действительно хочет со мной создать семью, что хочет забрать к себе девчонку, с которой он провёл всего лишь, нельзя даже сказать, два дня. Я была на седьмом небе от счастья.