Она не пользовалась мной. Совсем. Смотрела своими глазищами, гладила, но не пользовалась. Я ей не нравлюсь?
Затем она заставила меня понервничать, заперлась в ванной и затихла. Я пытался звать ее, но она молчала. Кое как дождался ее фрейлину и та, узнав, что госпожа не откликается, сказала выбить дверь. Получив разрешение от свободной, я немедленно начал действовать. Она была под водой, я чуть не поседел от ужаса. Выдернул ее и прижал к себе. Сердце безумно стучало в груди, я ничего не понимал.
На плацу, конечно, отвел душу. Выплеснул всю ярость, на какую был способен, радуясь хоть такому сбросу напряжения. Оборотни хоть и намяли мне бока, но и от меня получили по полной. А потом я не мог оторвать глаз от хрупкой фигурки с боевым посохом в сторонке, плавно перетекающей из одного странного положения тела в другое. Как будто … танцует?
Их спарринг с принцем заставлял дергаться и нервничать. Особенно вначале. Хотелось заслонить ее собой и не дать даже волоска упасть с ее прелестной головки. Да что со мной? А потом ей стало плохо. Я видел это, она зашаталась и протянула ко мне руку. Не медля ни секунды потащил госпожу в ее покои, на ходу сказав ее фрейлине, чтобы пригласила целителя.
Она горела в моих руках и ее личико морщилось, как от сильной боли. Но она молчала, не дергалась, а безвольной куклой лежала в моих руках. Пришел целитель и просканировал госпожу. Сказал, что физически она здорова. Оставил какие-то капли, сказал поить ее, чтобы сбить жар. Это была тяжелая ночь.
Глава 35. Тяга
Син
Госпожа не реагировала, лежала как труп, не хотела пить лекарство. В какой-то момент я открыл ей рот и влил немного, чтобы остудить горящее тело. В этот момент зашел его величество. Он видел, как я насильно вливаю ей в рот лекарство и ударил меня по лицу. Я стерплю, лишь бы ей помогло. Она очнулась, чтобы сказать не трогать меня и снова провалилась во тьму. Король ушел, а я дежурил у постели.
В какой-то момент она просто начала сереть. Началось все с кончиков пальцев и медленно расползалось вверх по руке. Кожа морщилась как старый пергамент и хлопьями висела на руке. Я впал в панику, что же это? Проклятие или какое-то хитроумное заклинание? Бежать звать кого-то не было времени, госпожа выгнулась неестественной дугой, скрючив пальцы на манер когтистой лапы, шипя по-змеиному и пытаясь то ли рычать, то ли что-то укусить.
Я попытался налить воды из графина, что стоял неподалеку от столика у изголовья кровати, не знаю зачем. Пить она явно не будет, хоть какую тряпку на лоб положу. Госпожа, утробно рыкнув, выбила стакан из моих рук, и вода пролилась на нее, попав на платье, на лицо и на руку. Светлые дорожки от воды привлекли мое внимание. Они как будто бы смывали этот серый сухой налет. Схватив графин, я набрал немного в ладошку, понюхал, попробовал на вкус. Соленая вода. Определенно не морская, просто вода с солью, но все же. Встав у ее ног, попытался окатить госпожу из графина водой.
Она издала такой визг, неслышный человеческому уху, но два оборотня за стеной дружно взвыли и грохнулись на пол. Я бегом бросился в ванную, судорожно открывая воду и перерывая все мешочки и баночки с банными принадлежностями. Нашел! Банка с солью стояла на полочке, в сторонке от всего. Высыпав сразу все в ванную, побежал обратно.
Госпожа без сознания лежала на кровати, вся в полосах от серого налета и потеках воды. Ноги и руки были полностью серые. Схватив ее на руки, поторопился в ванную, на ходу пытаясь снять дурацкое платье. Прислонив ее к стене и придерживая бедром, рванул двумя руками чертово платье, с треском и мокрым чавканьем освобождая тело госпожи. Зараза почти подкралась к лицу и сердцу, скрытая за тканью. Опустил госпожу в ванную, когда она дернулась и вцепилась в меня своими руками, раздирая в кровь плечи.
Пусть я был воин, но сейчас я не знал, что мне делать. Будь эта какая-нибудь незнакомая тварь, тут и думать было нечего, пару движений, ломающих шею, да и дело с концом, но это же моя хозяйка. Я старался аккуратно запихнуть ее в воду, но она упорно держала меня, а ломать пальцы ей не хотелось. Кое-как выпутался из рубашки, оставив материю у нее в руках и буквально выпрыгнул из штанов и ботинок. Попытался опустить ее руки в воду, вода шипела и булькала, а госпожа извивалась и верещала совсем не те красивые мелодии, что в зале до этого. Будто дикая гарпия она открыла глаза с черными зеркалами глаз. Какого?! Не успел я удивиться, как она впилась мне в шею зубами. От неожиданности я рухнул с ней в воду.