“Ты мне помог только один раз?” — спросила коняшку. Он скосил на меня свой глаз. “Ты останешься со мной?” — с надеждой подумала я. Он волнообразно подпрыгнул и утвердительно тиукнул. Замечательно. У меня уже созрел план моего обогащения. “Сможешь найти нам такие вот разбитые корабли?” — алчно поинтересовалась я. Конь одобрительно повторил свой звук.
А я уже нарисовала в своем воображении огромный корабль и команду матросов, себя в залихватской шляпе и саблей на боку, а также мой верный морской конь и горы сокровищ, которые мы достанем со дна. Правда, как мне таскать на корабле коня, и стоит ли вообще его на корабль затаскивать? Я оставила пока этот вопрос открытым. Надо посмотреть и хорошенько обдумать этот вопрос. Потерла бы ручки, да крепко держалась за Коняшку, боясь сорваться и потеряться тут посреди моря совсем одна.
Глава 46. Город
Выплыли мы недалеко от портового города на рассвете следующего дня. Или через день, я понятия не имела, под водой не особо было видно солнце. Пока я обсыхала на берегу и завтракала, конячка снова стал белоснежным жеребцом и бегал неподалеку от меня, разминая ноги. Он и по суше ходил неплохо, не только по воде. Ожерелье поблескивало на его мощной шее, наводя меня на мысль, что оно, скорее всего позволяет ему как раз принимать телесную форму на суше.
Интуиция подсказывала, что без него он станет рыбой и на земле ему будет плохо. Что ж, запомним. А еще я поняла, что я просто безумно устала. Под водой под массой впечатлений я не ощущала течения времени, а стоило выползти на сушу, как мое тело словно придавили бетонной плитой. Глаза закрывались сами собой, но я решительно встряхнулась. Нет уж, спать тут я не собираюсь. Подозвав своего друга, я погладила его по мощной шее и попросила лечь, чтобы устало заползти на его спину.
— Назову тебя Терсан, в честь коня царя морей Посейдона. Ты не против? А то звать тебя конягой как-то неприлично, — спросила я своего напарника.
Он, пошарив в моей памяти и выискав нужный образ, довольно фыркнул. Вот и чудненько. Мы не спеша поехали по сельской дороге, что вилась вдоль побережья к городу.
Въехали в город, когда солнце уже поднялось над горизонтом, но еще не начало припекать. Каких-либо сборов я не увидела, хотя телеги с товаром стояли отдельно и проверялись бдительной охраной. Вот с них там драли втридорога, подумалось мне. А всадников и одиноких путников никто не трогал. А может, ко мне просто побоялись подходить. Одежда хоть и помятая, и потрёпанная, но сразу видно дорогую ткань, а не грубую крестьянскую одежду.
Спросив у стражи, где находится таверна и постоялый двор, уточнила, есть ли в городе ювелир. Страж махнул куда-то в сторону длинных улочек и сказал, что там найду, не потеряюсь. Ну ладно, я последовала его совету и поехала искать ювелира. Мне нужны были деньги, чтобы оплатить постой. Достав самую маленькую белую кривую жемчужину с неровным краем, я спешилась у вывески ограненного камня и лупы на нем. Мастер ювелир, гласила вывеска. Ну хоть читать научилась, это радовало.
Протелепатировав Терсану стоять смирно и не баловаться, зашла в лавку. Приятный полумрак, красивые полки с украшениями и подсветкой на каждой, притягивали взгляд. Молодой паренек за прилавком пытался рукой скрыть крупные зевки, получалось плохо.
Глядя на него, чуть не зевнула по инерции следом за ним. Я так вырублюсь быстрее, чем закончу свой план.
— Уважаемый, не могли бы вы позвать мастера ювелира? — вежливо поинтересовалась я.
— Мастер занят, флегматично отозвался он, — чем могу помочь?
Я задумчиво осмотрела прилавок. В свое время мы с лордом Рингером успели пару раз погулять по здешним лавкам, и я примерно знала цену некоторых товаров первой необходимости, продуктов и среднюю цену за постой в таверне. На несколько медяков можно было плотно пообедать, за серебрушку остановиться в приличной таверне на сутки, а на золотой можно было две недели жить как королева.
Я молча выложила свою находку перед пацаном. Он вальяжно, точно подсмотрел у старшего, взял мою жемчужину и поднес к светильнику. Осмотрел, ощупал, взял лупу и покрутил жемчужину под разным углом. На прилавке я заметила нитку жемчуга, она была всего одна и скорее всего была речной. Жемчуг был мелкий и кривой.
— Дам серебрушку, — лениво сказал пацан, а сам чуть ли не трясся весь от предвкушения.
Ага, так я и поверила, нашел дурочку.
— Золотой как минимум, — тем же тоном ответила я.
Парнишка подавился воздухом и стоял, натужно кашляя и пуча на меня глаза.