Я старалась изучить все побережье и примерно определилась с тем, куда хотела бы попасть. Или скорее с тем, куда бы попасть точно не хотела. На юге крупного материка располагались огромные вулканические горы, беспрестанно выдающие клубы дыма. Вода вокруг была слишком теплой, и я не стала рисковать и подплывать ближе, чтобы посмотреть. Восточнее них была густонаселенная земля лесов, полей и рек, не очень чистых городов с магами, которые меня так напугали, но с, на мой взгляд, довольно европейским бытом. А вот западнее располагалась пустыня с редкими островками зелени и всего одной крупной водной артерией и большим городом в устье реки. Здесь жили люди более смуглые, культурой напоминающие мне северную африку или ближний восток. Женщины ходили укутанные с головы до ног, словно тени, правда, не в черном, а в одежде разных цветов, но их молчаливость и постоянные поклоны перед мужчинами меня напрягли, да и ассоциации возникли вполне определенные. В общем, я решила, что мне этого не надо.
Когда поплыла севернее, то обнаружила, что пески постепенно переходят в степь, и долго не могла увидеть там никаких людей. Я даже подумала, что могу найти здесь кого-то азиатского вида, и была шокирована, когда увидела не низкорослого обитателя степей, а огромных монстров с зеленой кожей и выпирающими клыками. О, да, в этом мире в степях жили не люди, а орки. Парочка из них встала на обрыве над морем и принялась, похохатывая, перебрасываться огромными глыбами камня. Не знаю, то ли это у них такая дружеская потасовка, то ли тренировка, но от такого соседства я решила так же держаться подальше.
В общем, я примерно определилась с местом, где хотела бы жить, за неимением других вариантов. Не знаю, одно ли там человеческое королевство, на одном ли языке говорят люди, но всего не предусмотришь. Я выбрала для себя тихий рыбацкий поселок и начала следить за людьми, пытаясь понять, о чем они говорят. Выходило не слишком хорошо, у моря в основном тусовались рыбаки, а они были не очень разговорчивы, разве что только начинали болтать с пришедшими сюда же женщинами прежде чем передавали им свой улов. Смысл слов от меня уходил, я могла только пытаться повторить отдельные слова, научиться хотя бы звучанию. Надеялась, что это будет как учеба языку с погружением – просто однажды слова обретут для меня смысл. Кажется, я вычленила слово, обозначающее «рыба» или «улов», а еще запомнила самое распространенное приветствие, но на этом пока мои успехи и закончились.
До этого я пыталась подслушивать за действиями на плывущих мимо кораблях, но выходило еще хуже – приходилось прятаться, прижимаясь поближе к борту, чтобы не заметили, а ветром до меня доносило только крики. Несколько слов-то я выучила, но не уверена, то ли это название каких-то снастей, то ли ругательства.
В моей голове формировался план, как оказаться на берегу и замаскировать свой хвост, чтобы попытаться поговорить с кем-то из местных. Может быть, заинтересовать кого-то из детей, показать фокусы с водой, чтобы им стало интересно... как это реализовывать пока было непонятно, поэтому я просто наблюдала, подбирала варианты, искала место для выхода из воды достаточно уединенное, чтобы меня не заметили, и при том такое, чтобы туда кто-то пришел по берегу.
Я даже выбрала одно местечко, где редко бывал народ, но иногда там играли дети, очень редко, потому что приходилось перелезать через довольно большую скалу. Я умудрилась стащить с помощью магии с бельевой веревки у одной из жительниц поселка платье – оно было достаточно широким, чтобы кое-как спрятать под ним хвост. Конечно, платье побывало в воде, но мне удалось его высушить, точнее, выцедить из него всю воду. Белые пятна соли, правда, остались, но я не стала его выполаскивать в пресной воде, так мне хотелось скорее провести эксперимент. Заметив неподалеку детей, я создала из воды нескольких волшебных дельфинов, летающих прямо по воздуху, и послала к ребятишкам, чтобы привести к себе...
Дети, увидев магию, закричали дикими голосами и в панке убежали прочь, оставив меня на берегу в недоумении.
М-да, я совсем ничего не понимаю в психологии местных аборигенов. Пришлось вернуть платье на место, а, когда я уже собралась уплывать, заметила кучу взбудораженных взрослых, едва ли не с вилами и факелами, спешащих к тому пляжу.
Вот и поучила язык, называется.
Глава 19
Я попробовала повторить эксперимент с установлением контакта с людьми еще несколько раз неподалеку от разных деревень, но все получалось так же, если не хуже.
Что делать и как организовать встречу с местными жителями было совершенно не понято. Кто не испугается одинокой не знающей языка девушки на диком пляже? Да, никто, наверное, в нормальном мире. Может, ошибкой было показывать магию? Может, если ее скрыть... да только без магии я на берегу как рыба без воды. Да и хвост... под деревенским платьем хвост спрятался с большим трудом, но при этом выглядело все... не так, словно у меня под платьем ноги. Я надеялась, что, увлекшись магическими фокусами, на это не обратят внимание, а без магии...
Наверное, проблему может решить платье более богатое, я видела, следя за городами, что дамы ходят в довольно пышных юбках, под кринолином можно не только хвост спрятать. Да вот только такие платья на веревке рядом с морем не вывесят, а девушка в таком наряде на берегу вызовет еще больше вопросов. Если повезет – мне захотят помочь даже сильнее, чем в одежде крестьянки, да только в чем будет выражена эта помощь – в попытке дотащить мое тельце до города и сдать стражам правопорядка? Не то, на что я рассчитывала.
Я остановилась неподалеку от своего острова, собирая моллюсков. В последнее время я ела их не так часто, тренируясь в охоте на разнообразную рыбу, но теперь неожиданно захотелось, а ведь я считала, что после всего мне устрицы в рот еще долго не полезут, а может и вовсе от них откажусь. Месяца не прошло, и я опять собираю раковины. А ведь несколько дней назад я даже полакомилась птицей – поймала водным лассо какого-то попугая. Вроде, крупный был, а мяса в нем с гулькин нос, не то что у современных мне куриц. И еще оказалось, что его очень сложно ощипать и выпотрошить, а мясо жесткое и жилистое. В общем, я утолила жажду новых или хорошо забытых старых ощущений, вспомнила, как сильно не люблю готовить, и опять вернулась к фаст-фуду в виде моллюсков.
Раковины легко раскрывались под моими когтями, мясо отправлялось в рот, жемчуг – в маленький мешочек из ткани, который я нашла в одном из своих путешествий к берегу, раковины – в рюкзак. Они мне уже не слишком-то были нужны, но я оставалась все такой же запасливой. Раньше я тоже думала, что не пригодятся, а потом придумала сделать из ракушек себе что-то вроде топика. С помощью водной магии и песка я отполировала внешнюю сторону раковин, выпилила из них более-менее ровные овалы, проделала отверстия, а потом собрала эдакую кольчужку, используя вместо шнурков косичку из незаменимой подводной травы. Вся искрутилась, пытаясь разглядеть себя в этом безобразии – очень уж захотелось себя украсить, когда заметила, что мой живот ушел окончательно и вместо дряблой кожи появились даже едва заметные мускулы. Вот что значит активный образ жизни! Через какое-то время все же умудрилась создать из воды зеркало и рассмотреть себя.
Да, от себя-земной я вроде бы и немного, но отличалась. Вроде бы все знакомо – все те же родинки, разрез глаз, брови-ресницы, но все немного будто сглаженное. Нос чуть ровнее, губы чуть пухлее и розовее, глаза будто слегка подняли наружные уголки, ресницы гуще и темнее, брови такой аккуратной формы, которую мне ни разу не удавалось нарисовать... Я так и не смогла определиться тогда, мое это тело так изменено переносом или все же чужое. Впрочем, разве это важно? Важно сейчас было найти способ установить контакт с этим миром и не сидеть больше в изоляции. С такой внешностью я могла бы привлечь внимание какого-нибудь молодого парня, чтобы он помог мне выучить язык... но как это организовать, если я не смогу даже объяснить, что не надо говорить никому о нашей встрече, не надо звать мне на помощь полицию или кто у них тут, вообще ничего не надо, надо только со мной разговаривать.