В общем, я порционно переливала концентрированную морскую воду в емкость, извлекала воду пресную, все больше сгущая раствор, пока соль не покрыла поверхность ореха изнутри белой корочкой кристаллов. Пока ее счищали, задели и остатки стружки, так что соль получилась с кокосом, но и этому все были очень рады и просили сделать еще про запас.
Рыба получилась выше всяких похвал, хоть солили немного подостывшее блюдо не во время готовки, а после и сверху, а есть приходилось с пальмовых листьев руками, но все равно люди были счастливы, вели себя со мной приветливо и были эмоционально открыты.
Чем дольше я с ними общалась, тем легче было понимать по эмоциям значение незнакомых слов. Правда, сама я выражалась крайне косноязычно – я понимала, но не успевала запомнить, мой запас слов оставался очень мал, только то, что я успела запомнить по нашим занятиям. Но, в любом случае, я была рада и чувствовала, что теперь-то уж изучение языка пойдет куда легче и быстрее, это даже лучше, чем получить в руки словарь, в словарях всех оттенков значений и словоупотребления не опишешь, а тут живая речь, будто с субтитрами, только запоминай.
Посреди трапезы из моря появился Кракен, опять уменьшенный, как я подозреваю, до своего природного размера. Совершенно без моей помощи он умудрился создать себе водный шарик вроде того, что я организовала вчера, и, вытащив из него щупальца, отправился путешествовать по берегу. Кажется, он успел поесть, поэтому, когда любопытный Марус отломил кусочек рыбы и протянул ему на ладони, лишь недовольно фыркнул в эмоциях, и пошлепал дальше.
Обойдя костер и изучив людей на глаз и на ощупь, он вернулся ко мне и свернулся на камнях, прижавшись к моему хвосту. Я оторвалась от еды и через водную сферу погладила его по вытянутой голове. Кажется, будь он кошкой, заурчал бы.
- Арина, мы очень благодарны, что ты спасла нас вчера, уже дважды спасла, - завел после того, как все поели, разговор капитан. Мужчины пили воду из источника, передавая друг другу три скорлупки, оставшиеся в роли чашек, еще одну я сегодня заняла под соль и обещала сделать еще больше запас. – Но нам нужно вернуться домой. Ты понимаешь?
Он растерянно оглянулся на Маруса, нельзя было не заметить, что сегодня я понимала больше, чем прежде, охотнее и легче общалась с ними, но на этот вопрос я не была готова пока отвечать.
- Скоро настанет сезон штормов, - заметил Марус.
Вот этого я не знала, значит мое время ограничено.
- Пожалуйста, помоги, - продолжил капитан Гарт. – Мы не сможем выжить здесь на острове, мы должны вернуться к своим семьям, на материк... большой берег, - он пытался подбирать более простые слова, не зная, что из этого мне понятно. – Ты можешь спасти нас от одного шторма, но их станет много, каждый день шторм. Будет холодно, рыба уйдет южнее, мы заболеем и умрем. Пожалуйста, помоги нам, укажи путь к ближайшему берегу, мы построим плот и попытаемся доплыть.
Я нахмурилась. Даже если я не только укажу дорогу, но и сама проведу плот, это мероприятие будет весьма и весьма рисковым, особенно в свете приближающихся штормов.
- Мне нужно подумать, - выдала я, поглаживая Кракена.
Глава 32
На самом деле мне не столько надо было подумать, сколько много чего сделать, и я с большим сожалением узнала, что срок у меня ограничен. Я бы лучше еще подержала людей на острове несколько недель для закрепления эффекта, но тут не все от меня зависело.
Информация о том, что я тут что-то вроде вымершего дракона тоже не порадовала. По реакции на меня людей следовало и раньше догадаться, но я все же надеялась встреть своих, скажем так, дальних родственников. А ведь и Кракен говорил, что Хозяев уже нет, и вообще... а я все надеялась.
Впрочем, чем черт не шутит – может, все просто попрятались от людей и от Кракена заодно. После уничтожения Храма, я так понимаю, магия воды стала ослабевать – поэтому заснул Кракен в своей Марианской впадине, постепенно и сила камней – Крови моря – стала уходить... и вернулась после моего появления здесь. Хм, боюсь, что собрать осколки обратно и восстановить купол старого храма будет непросто, если люди прочухают, что камни заработали. Впрочем, подозреваю, что это всяко будет проще, чем создавать камни с нуля, предыдущий опыт, подаривший мне лишь крошечный камешек, вспоминался с содроганием. А, тем временем, у меня была надежда, что, если я восстановлю храм окончательно, то смогу, наконец, превратиться в человека – ведь в воспоминаниях Кракена русалка обладала этой способностью. Зависимость между силой магии и целостностью храма ведь очевидна, значит это дело надо, просто необходимо довести до конца. А камни можно найти на земле. По крайней мере, часть из них, хотя обшарить и морское дно тоже не помешает.
Ох, сколько дел, голова пухнет.
Я пыталась составить план действий, у меня было несколько вариантов, но в каждом очень уж много разного рода рисков. Я могла предстать перед человечеством в своем, так сказать, естественном виде, но было слишком много преград. Во-первых, не хотелось выглядеть монстром перед людьми. Во-вторых, есть опасность, что меня воспримут в штыки просто по-умолчанию. Мои неудачливые рыбаки не такие, но у них ведь и выбора-то не было. А как вести дела с людьми? В-третьих, боюсь, что процесс выкупа камней у людей будет весьма осложнен. Если показать, что что-то тебе очень нужно, то на это определенно взвинтят цену до крайности. Я фактически окажусь в кабале у людей. Как там у Пушкина «Чтоб служила мне рыбка золотая И была б у меня на посылках». А если попытаюсь как-то дернуться и попытаться противодействовать силой – у людей куча магов. Можно, конечно, пиратствовать на море, заставляя купцов откупаться от меня магическими камнями и скрываться на дне океана, но так достанут же, подловят когда-нибудь.
Нет, я человек не конфликтный, чтобы войны магические затевать, но и в роли дойной коровы оказаться не горю желанием. Надо хотя бы попытаться обстряпать дело как-то иначе. Тем более, что все эти варианты явления моего в «естественном» виде определенно не предполагают моей социализации.
Пока плыла вперед совсем замучилась с рубашкой – она была слишком большой, поэтому, подумав, завязала узел под грудью. Для начала мне нужно было найти свои вещи, рюкзак я оставила где-то так давно, что и забыла уже, где именно. А еще следовало сплавать в Храм и собрать свои запасы жемчуга, и вообще надо целенаправленно набрать еще, все-таки это то, что можно продать. Но вообще лучше бы иметь более ликвидную валюту, только где ее найти? Призвала для начала на помощь магию воды и представила себе свой рюкзак. Он нашелся совсем недалеко от островов, кажется, я как-то оставляла его меж камней. После бури его отнесло волной глубже, прибило к скалам, в одном месте камни пропороли стенку, а большая часть хранившихся внутри раковин, как пустых, так и с моллюсками, разбилась.
Вздохнув, отдала моллюсков Кракену, который лениво принялся выковыривать их из панцирей. Вот мешочек с жемчугом сохранился нормально, еще нож – точнее, лезвие, которое я все же отломала от гарпуна. Остальное я по здравому разумению решила оставить на месте, ничего ценного, что могло понадобиться мне на берегу, я тут не нашла.
Кракен следовал за мной по пятам и не стеснялся, когда я применяла магию воды, прицепляться к моему поясу. Я не возражала. Он в основном молчал, но я ощущала его настроение – его решимость никуда меня одну не отпускать. Что ж, пусть пока так.
Я сплавала к остаткам корабля и вырезала себе из парусины вещмешок, скрепив веревками, потом из храма забрала все запасы жемчуга, которого накопилось довольно много. Прежде чем продолжать, поймала еще несколько рыбин и подкинула их людям на ужин, а сама отправилась дальше. Теперь я попыталась настроить поиск на затонувшие корабли. Это было сложно, потому что обычно я точно знала, какой именно предмет ищу и могла его представить со всеми подробностями. Если предмет имел изменения, было сложнее – как с моей сумкой, которая была не там, где я ее оставила и выглядела иначе, вся грязная и порванная. Это как разница между четким знанием и легким предчувствием – нужно было напрягаться, чтобы выловить нужное направление, тем более, что такое предчувствие было не одно, оно будто расщеплялось, ведя в разных направлениях. Я выбрала наиболее сильный сигнал и поплыла вперед, как акула на запах крови.