Евфимия опустила руки с тетрадью, с ужасом глядя на Алву.
- У вас в самом деле пропадали овцы? – спросила она.
Алва серьёзно смотрела на неё.
- Бывало как-то, - отвечала она, мрачно. – Синдри потом нашёл кости со шкурой на берегу под скалами. Бартал говорил, что глупое животное просто забрело к обрыву и сорвалось вниз. Дурацкое оправдание, конечно. Но приходилось его принять. Я же не знала, что у отца Фолкора есть больная дочь здесь, на острове.
- Чем же таким, кроме слабоумия, она больна, что ей нельзя жить среди людей? – задумчиво сказала Евфимия, перелистывая тетрадь. – Почему она не может иметь детей? Почему он не хотел, чтобы её видели? Зачем поселил в пещере?
- Он писал, что она становится злобной от голода – может, она буйно помешанная? – предположила Алва.
- И ты думаешь, что это она убила ту датчанку? – встревожено спросила Евфимия.
- Вполне может статься.
- Но где она? Отец Фолкор умер, и кормить её некому. Она вполне может убивать других людей, если это она убила датчанку.
- Не забудь про Скувой, - напомнила Алва. – Там тоже убили человека. И похожим способом.
- Но как она перебралась бы туда? – встревожено поинтересовалась Евфимия. – Ведь лодки не пропадали, и незнакомцев тоже никто не видел.
- Либо по тоннелям, что пронизывают все пещеры островов, либо очень хорошо плавает.
- В такой холодной воде? Как-то не верится.
Они помолчали.
- И всё же, удивительно, что её никто здесь не видел. За столько лет.
- Отец Фолкор её хорошо спрятал – ты же сама видела.
Женщины снова замолчали.
- Надо предупредить мужчин, чтобы осторожнее ходили по острову, пока мы её не найдём, - сказала Алва.
- Вряд ли наши слова воспримут всерьёз, - ответила Евфимия.
- Конечно, Бартал будет опять говорить глупости, - согласилась Алва. – Но когда мы покажем ему тело отца Фолкора и эту тетрадь, думаю, он перестанет валять дурака, и поймёт, наконец, как всё серьёзно. Я не хочу, чтобы его или Синдри нашли однажды с распоротым животом.
- Англичанина я была бы рада найти в таком виде, - вполголоса сказала Евфимия.
Алва мрачно улыбнулась.
- И как назло этот человек переживёт всех нас на этом острове.
Евфимия перекрестилась.
- Значит надо найти это «дитя», пока она не убила нас, - сурово сказала она, и встала.
Когда Бартал вернулся, Алва рассказала ему об отце Фолкоре и показала его тетрадь. Хмурый мужчина перелистнул её, не давая себе труда хоть что-то прочесть, и наотрез отказался ехать в Торсхавн и привозить полицию снова. Он захотел убедиться своими глазами, что не зря потратит время и забросит свои дела.
Прихватив Ингольфа и Евфимию, Алва проводила его к пещере. Однако, когда они добрались до места, освещённого в прошлый раз свечами, тела отца Фолкора они не нашли – камень, служивший алтарём или столом, был пуст.
- Ну вот, что я говорил? – раздражённо вопрошал Бартал мрачную жену и удивлённого Ингольфа. – Отец Фолкор жив и находится где-то на острове.
- По-твоему, все мы не могли отличить покойника от живого? – взорвалась всегда флегматичная Алва. – Герда его осматривала, мальчишка Асвальд его ощупал, да и остальные тоже! Все желали убедиться, что это не обман зрения. Или ты считаешь, что отец Фолкор шутки ради прикинулся холодным трупом, чтобы нас разыграть? А потом исчез, чтобы разыграть тебя? Заставь уже работать свои мозги, если они у тебя ещё есть, и подумай: два зверски убитых человека, пропавшие овцы, мёртвый отец Фолкор и его исчезнувший труп… Неужели, кроме глупостей, тебе ничего не приходит в голову?