Дорога не остудила его. Наоборот, перечитывая её письмо на редких остановках, чтобы переменить лошадей и перекусить, он распалялся всё больше и всё быстрее спешил домой.
Промчавшись всадником Апокалипсиса по улицам своей деревни, он нашёл свою жену в покое и печали, мирно готовящей обед. Видя её невинное чело и чистый взгляд, дьявол обуял его, и с криками: «Недостойная грешница!» он стал избивать её кнутом, что держал в руке. Несчастная женщина, павши на колени, обливаясь слезами, молила пощадить её во имя их любви. Она призывала бога в свидетели своей невиновности и клялась ему в любви. Но это распалило безумца ещё более и, отшвырнув кнут, он схватил нож, которым бедняжка до этого мирно резала овощи, он ударил её, требуя покаяния. Но страдалица, обнимая и целуя его колени, слабея, говорила только о своей любви к нему. Он же, даже, когда перестал слышать её голос, всё продолжал ударять её ножом. Громкий негодующий крик привёл его в чувство: её дочь, как ни спешила домой, прибежала только застать остывающий труп матери и безумца с ножом, убившего её. Тут только священник увидел, что он наделал. Осуждающий безжалостный взгляд девочки вселил в него страх. Он швырнул в неё нож и попытался скрыться. Девочка же, движимая дочерней любовью, отмахнулась от ножа и поспешила к матери. Она гладила её лицо, целовала потухшие глаза, звала и тормошила её. Она горестно взвыла, когда поняла, что уже ничто не вернёт ту к жизни. Этот звериный вой ещё более напугал убийцу, и он набежавшим на крики людям возопил, что дьявол в лице недостойной дочери пришёл по душу грешницы, что невинное дитя убило свою порочную мать, будучи во власти сатаны. Сбежавшиеся люди увидели трясущегося мужчину, размахивавшего крестом, и девочку с окровавленными руками над трупом своей матери. Гробовое молчание, воцарившееся после увиденной сцены, сменилось криками ужаса и ярости после воплей коварного убийцы. Девочку чуть не разорвали на части, но деревенский судья порешил, что это дело весьма важное и таинственное, не исключено вмешательство церкви, а не светской власти, и решать судьбу этого ребёнка будут другие люди. А сейчас её надо посадить под замок и надёжно запереть.
Когда избитого ребёнка в разорванной одежде проводили мимо убийцы, девочка бросила на него свой карающий взгляд и произнесла: «Бог уже осудил тебя, лишив разума. Скоро он покарает тебя, лживый убийца». Окружающие видели, как сильно вздрогнул он после этих слов, как спрятал в руках своё побледневшее лицо. И громкий крик вырвался из его груди. Расталкивая людей, он бросился вон из дому, не помня себя от ужаса и осознания содеянного.
Долго он бежал по холмам и долинам без дороги, преследуемый своими демонами, пока не устал. Остановившись у одинокой поваленной сосны, он с удивлением обнаружил, что там уже расположился ещё один путник, отдыхавший от тягот дороги. Разговорившись, недостойный убийца поведал, какой коварной властью он лишился сана. Спутник же рассказал ему, что он газетчик из самой столицы. Ездит собирать материал о недостойных служителях церкви. Ему рассказали историю о сановнике, что принуждал честных девушек заниматься позорным ремеслом. Несколько лет назад в одном городе он сам был клиентом такой несчастной женщины, чей отец умер, едва узнал о её падении. Он хотел помочь ей, но она исчезла вместе с маленькой дочерью, которую лживый церковник хотел заточить в монастырь. Но теперь он заблудился и ищет дорогу в город, где проживает тот сановник, чтобы узнать больше. Услышав имя своего благородного патрона и имя жены, которую тот сделал куртизанкой, бывший священник побледнел и потерял сознание. Придя в себя, он со слезами раскаяния рассказал газетчику всё. Тот ужаснулся коварству убийцы, который взвалил всю свою вину на невинного ребёнка, чей грех был только в том, что она слишком пылко и нежно любила свою мать. И тут же воспылал желанием освободить бедное дитя. Удручённый бывший священник под бременем своей вины с радостью согласился ему помочь. Он проводил газетчика в деревню, и ночью, обманув легковерных деревенских стражей, они помогли девочке бежать.