Всё примерно так и оказалось… Лагерь разбили достаточно далеко от переправы. Вперёд пошли все, кто хоть сколько владел магией. Стражники из сопровождения барона Бродского магией владели все. Кто больше, кто меньше. В первой пятёрке были собраны только маги Земли. Во второй самый сильный был десятый номер и оказался … женщиной. Она была магом Огня. Боевым, естественно. К тому же дочерью полковника Коруша:
-- Извините, Ваша Милость, не хотел, чтобы кто-нибудь знал о нашем родстве, потому и молчал. Я сразу поставил ей условие, что она пройдёт только на общих основаниях. Но она очень сильный маг, поверьте. Её мать тоже была магом Огня.
-- А где она?
-- Погибла в Серой пустоши. Ирэн сказала, что не хочет потерять и отца здесь.
Лёшику Серая пустошь стала нравиться ещё меньше. Хотя, куда уж меньше-то…
Омут был огромный и выглядел зловеще. Если с правой стороны переправы, там, где была территория Онуфрия, вода была прозрачной и везде была покрыта водной растительностью, то слева была чёрная глянцевая поверхность. Лёшик даже подумал о нефти, хотя не знал, как она выглядела на поверхности воды. И ни единой травинки, пусть даже чахлой или серой, как в Серой пустоши.
-- Поджигать пробовали? – поинтересовался Лёшик.
-- Огонь не берёт. Пробовали не раз. Пробовали засыпать землёй и камнями – бесполезно. Проваливается всё, как в бездну.
-- Почему думаете, что заморозить сможет один маг? Если дна нет, как справимся?
-- Зимой омут покрывается льдом, и мы даже за лесом ходим иногда. — Отвечал на последний вопрос капитан стражи, который сопровождал обоз с сеном и ополченцев из соседних деревень. В основном это были охотники. Мужики смелые и бывалые. – Думали, что монстр спит зимой, но ошибались. Но холода он и правда не любит. Вялый становится. Но аппетита не теряет, сволочь.
Пока к берегу не приближались, ждали, когда подойдёт Онуфрий. Его сопровождали ещё два водяных в чешуйчатых доспехах и с пиками наперевес. Пушкин был прав, чешуя «горела» на солнце, как жар, и парни были плечистые и сильные. Дух захватывало: