Темнота стала немного рассеиваться, и Лёшик увидел опять силуэт демона. Он был не такой огромный, как в первый раз, но глаза светились красным пламенем:
-- Что происходит? – Спросил Лёшик демона.
-- Вы упали в обморок, господин.
-- Я тебе чё, красна девица, в обморок падать!
-- Не знаю, но вы единственное, что успели сказать: «Всё-таки отключил, гад».
-- И давно я так валяюсь?
-- Не знаю, господин. У меня здесь нет ни времени, ни слуха, ни глаз…»
-- Почему?
-- Вы ничего мне не дали. Даже имени.
-- Бедненький… как мне тебя жалко-то стало. Давай имя придумаем. Ты какой стихией владеешь?
-- Я был сильным демоном и покровительствовал разбойникам и грабителям. А стихии мне не были подвластны. Я дослужился до 5 ранга и был в свите Валафара. Теперь у меня нет сердца, и имя я тоже потерял.
-- И способности тоже потерял?
-- Нет. Я могу становиться невидимым, ходить бесшумно, подслушивать через стены, маскироваться …
-- Понятно. Хорошие навыки. Пригодятся для шпионов и разведчиков. А научить можешь?
-- Вам не надо учиться, потому что у вас есть я. Мне нужен только доступ к вашим органам чувств.
-- Ко всем?
-- Для начала достаточно слуха, зрения и запахов. Остальное по мере надобности.
-- А что в замен возьмёшь? Ты же демон, просто так ничего не делаешь.
-- Я хочу получить назад своё сердце, а для этого у меня только один путь – служение вам, господин. Я родился в семье нолов, смертных жителей Ада. Такое иногда случается. Меня забрали к себе демоны, и я оказался довольно способным и достиг 5 уровня среди средних демонов. Следующим рангом стало бы повышение до высших демонов, но я проиграл и был тяжело ранен, почти умер. Меня захоронили вместе со всеми, и я долгие годы томился в ожидании освобождения из заточения в могильнике. Я даже смог создать источники питания для своих подчинённых духов. Но наша жизнь была скучна. Теперь я вырвался из могильника, но остался один.
-- А почему ты выбрал меня? Ты мог бы выбрать Холода.
-- Вы из другого мира. Я почувствовал это. И надеялся, что из моего.
-- Обломался ты здорово.
-- Не уверен. Возможно, наоборот мне повезло. Я смогу начать новую жизнь в этом мире. Или в твоём. Здесь я могу жить и без сердца.
-- В моём теле?
-- Мы же можем прийти к соглашению, и вы отпустите меня. Может такое случиться?
-- Запросто. Значит, придумываем имя для тебя. Какое имя ты предпочитаешь, звонкое и запоминающееся или же самое простое?
-- И вы дадите его мне просто так, не потребовав платы?
-- У тебя же ничего нет.
-- Но я могу показать вам место, где лежит разбойничий схрон с золотом.
-- Ну, ладно, покажешь при случае. Казимир. Отныне ты Казимир.
-- Благодарю, господин. Знавал я одного прорицателя с таким именем.
-- И ещё я даю тебе доступ к одному своему глазу, левому. Левому уху и левой ноздре. Для трёх чувств.
Никакой реакции от демона Лёшик не дождался и уже хотел возмутиться, но тут демон зашептал прямо в ухо:
-- Господин, советую срочно очнуться, иначе нас ограбят и заберут в рабство.
-- Что ты болтаешь за чушь? Где это мы?
-- Похоже на тюрьму. Куча народа и вонь от немытых тел.
В нос Лёшика шибануло таким смрадом, что он задёргался всем телом и открыл глаза. Вокруг царил полумрак и, действительно, воняло. Лёшик был парень чистоплотный, мылся постоянно, а после освоения бытовой магии делал это ещё чаще. Его соседи по камере были совсем неприхотливы в быту или давно были здесь и просто привыкли к «ароматам». Лёшик попытался сесть, но тело затекло и не слушалось. Зато его попытки заметили сидельцы и заржали дружно:
-- Гляди, лишенец оклемался!
-- Не успел ты, Ряха, испробовать зад господинчика!
--Твоя ставка пропала, Пузырь! Что теперь ставишь? – Братва играла в какую-то азартную игру и, вероятно, имущество и тело новенького успели поставить на кон. А может быть, уже и проиграть. Такая постановка вопроса Лёшику совсем не нравилась. Он резко сел, даже голова закружилась, и огляделся. Камера была большой, и народу здесь было много. Очень много. В его деревне не жило столько, сколько заперли здесь. Войти и выйти отсюда можно было через две двери. Потолки были высокими, окна располагались на стене напротив дверей под потолком. В том месте, куда падал свет из среднего окна, стоял длинный стол из толстых досок и за ним сидели игроки. Лёшик сидел на полу возле двух ступенек, которые вели к одной из дверей. По всему выходило, что его просто забросили в камеру. Он покрутил головой, чтобы осмотреться. Сразу возле входа расположились несколько человек детей от 10 до 15 лет. Несколько стариков следом. Остальные сидельцы были мужчинами разных возрастов. Рожи разные: кривые, симпатичные, уродливые, злые, смеющиеся … добрых лиц не было. И ещё Лёшика порадовало, что им почти никто не интересуется. Всем было совершенно начхать на проблемы новенького. Всем, кроме игроков. Человек десять за столом с интересом осматривали вновь прибывшего арестанта. И даже скорее не самого новенького, а его шмотки. А шмоток у Лёшика было не очень много: браслет с руной Агидели на правой руке, цепочка с амулетом Маако-ши и Велесу, сумка нищего, шляпа нищего и кусок мешковины на чреслах, едва прикрывающих их: