Зато даже те крохи знаний сейчас позволили ему понять, что он угодил в холодные ручки настоящих русалок. Их переговоры между собой походили на кваканье лягушек, приглушённое водой, но он довольно свободно понимал их речи. Из речей пока ничего путного не вытекало, его тушку просто пытались утянуть глубже в омут, а потом уже решить судьбу:
-- Девочки, держите его за одежду, не прикасайтесь к коже. Где-то у него серебро и я чувствую пощипывания по телу. Сейчас уложим его и снимем всё. Надо выбросить его оберег.
-- Да вот же на шее цепочка висит. Палкой снимем.
-- Пока снимать будем, половина передохнет.
-- Выберем самую слабую, пусть она и снимает.
-- А как определять будем? Опять турнир устроим?
-- Не получится. Пока будем проводить турнир да определять слабачку, он нам весь омут загадит. Смотрите, у него из сумки нехорошие эманации вырываются.
-- Ну, сумку на берег выбросим. С ней проблем не будет. А вот, если серебро притащим в Чертоги Царицы, то она нас по головке не погладит.
-- Это точно. Ой, девочки, смотрите, он же наш! Жабрами дышит!
Наконец-то, обрадовался Лёшик. Прикидываться утопленником больше не имело смысла, и он открыл глаза и обвёл взглядом русалок. Их было с полдюжины. Красивые, бледнолицые и зеленоволосые девахи, вооружённые какими-то посохами или копьями:
-- Привет, красавицы! Куда это вы меня тащите? Неуж-то в гости к себе?
Красавицы с визгом бросили его тушку, и он завис в воде. По всем законам физики, химии и других наук, его потянуло вверх. Как известно, говно не тонет, с чем Лёшик был согласен и поэтому ловко уплотнил воду под своим седалищем, соорудив этакий стул, невидимый глазом, к сожалению, поэтому никем не оценённый. Обвил ногами нижнюю часть уплотнения и с удовольствием стал осматривать удивлённых красавиц:
-- Ты кто? – Зло спросила русалка с жезлом в руках. Видимо, командирша отряда.
-- Человек. Разве не видишь?
-- Врёшь! Человеки не имеют жабры!
-- Значит, я первый такой человек. Ха-ха-ха-ха!
-- Замолчи! – Русалки, все без исключения, зажали уши. Лёшик замолчал и нахмурил брови, решив показать, что шутки кончились, теперь будет серьёзный разговор.
-- В таком случае, объясните, что происходит?
-- Ничего. Мы выполняем задание нашей Водяной Царицы. Велено принять утопленника и доставить в Чертоги. – Лёшик открыл рот, чтобы задать очередной вопрос, но командирша опередила. – Больше нам ничего не известно. Даже не спрашивай.
-- Что, даже не знаете, откуда ваша Царица узнаёт о новом утопленнике?
-- А-а! это она узнаёт через артефакт. Ей наш агент сообщает.
-- Этот рыбак?
-- Не знаем. Другие тоже бывают. Но этот особенно хорош. Красавчик и сильный.
-- Хочешь, я тебе его подарю?
-- Мне? Правда? Хо-хочу… только нельзя, он нам помогает.
-- Ну, как знаешь. Подарю другой русалке. Такие красавцы всем нужны. – Лёшик стал разглядывать остальных русалок, делая вид, что решает, кому же подарить лодочника. Рыбьи глаза девушек заблестели в предвкушении. На самом деле, вопреки расхожему мнению, русалки не имели рыбьих хвостов и чешуи, а вот блестящие глаза очень смахивали на рыбьи. В чём сейчас Лёшик и убедился окончательно. Когда его взор вернулся к самой маленькой и худой русалке, командирша сдалась:
-- А как ты это устроишь? Этот рыбак очень большой и сильный. И в своей лодке он неуязвим.
-- Да, это пустяк для меня. Можно перевернуть лодку и утопить.
-- Нельзя. У нас договор о его безопасности.
-- Что за договор и с кем?
-- Это знает наша Царица. Мы ничего не знаем.
-- Жалко. И как я понял, это вам запрещено, значит, я всё сделаю сам. Мстить буду за свою смерть. Так можно?
-- Если сам, тогда можно, но мы должны помогать ему, а не тебе.
-- Тогда мне и вас придётся порешить. Хочешь такой исход дела?
-- Ты не справишься. Слаб слишком.
-- Хочешь испытать мою силу? Что предлагаешь?
-- Убей эту! – Командирша жезлом указала на ту маленькую русалку, взгляд на которой зафиксировал он в последний раз. Вот же стерва! Решила устранить конкурентку. Или малышка сильна настолько, что командирша уверена в ней? Придётся проверить … но Лёшик ничего не успел предпринять, как почувствовал прикосновение холодных рук русалки к своему уху. Душить его она побоялась, помня о серебряной цепочке на шее, поэтому решила зажать жабры, только вот поспешила и не заплыла ему за спину, а в такой позе ущерб сопернику был минимальным. Лёшик разозлился, кляня коварство холодных рыбин. Но делать что-то было необходимо, и он сунул руку в свой спасительный мешок. Оружие запрашивать не стал, а запросил пригоршню серебряных монет. Этого было довольно для отвлечения девушек от битвы. Одну монету он взял в свободную руку и спокойно положил её в открытый рот маленькой русалки. Следить за реакцией соперницы не стал, а занялся отвлечением её товарок. Для этого просто подкинул монеты вверх, и они веером взлетели, создавая защитный ореол вокруг Лёшика. Монеты медленно опускались на дно и все присутствующие, включая Лёшика, наблюдали за их плавным кружением. В воздухе всё заняло бы несколько секунд, вода же замедляла движение кругляшек, продлевая полёт. Лёшик с удовольствием отмечал, что бросок вышел удачным и монеты падали на достаточном расстоянии друг от друга, обрамляя его своим действием. Некоторые монеты могли достичь цели, т.е. упасть на русалку, и та начинала в ужасе метаться, уходя подальше от злосчастного места разброса драгметалла. Именно эти попытки лодочник и принял за драку русалок за обладание телом утопленника.
Когда вода успокоилась и командирша поняла, что лишилась преимущества и не может влиять на странного человека, она вспомнила о маленькой русалке, которой не оказалось в их отряде. Тело той обнаружилось у ног Лёшика. Русалка свернулась клубком и спрятала голову между своих рук. Ужас и боль застыли на её лице. Она была мертва. Теперь даже на русалочий взгляд мертва. Тело чернело на глазах и сморщивалось:
-- Что ты сделал с ней, убийца?!
-- Кто бы молчал лучше! Она напала неожиданно, и я просто сунул одну монету ей в рот!
-- Забери чёртово серебро назад! Может ещё не всё потеряно?
Но все попытки Лёшика извлечь монету оказались напрасными. Во рту её не оказалось. Скорей всего русалка её от неожиданности и боли проглотила. Не распарывать же живот, чтобы извлечь?
«Смотри-ка, рыба рыбой, а эмоции сохранили». – Подумал Лёшик, наблюдая за переживаниями русалок из-за потери бойца. Но делать что-то надо было, и он грубо спросил:
-- Ну, что, признаёте мою силу? Или ещё попытки будут?
-- Иди к чёрту! Убивай своего врага и катись отсюда!
-- Вот, другое дело. Вы это, отплывите от греха подальше, чтобы случайно не задел вас. А потом заберёте тело.
-- Тогда убивай его не в воде, а в лодке.
-- Да, пожалуйста. Могу даже в воздухе придушить. Целей будет.
-- Это хорошо. Больше его жизненных сил нам достанется. В целом теле всегда так бывает.
А потом было то, что завершило последние секунды жизни лодочника: краснокожий монстр с крыльями и смерть от удушья ещё в воздухе. Почти мгновенная смерть, а возможность прожить ещё в другой ипостаси некоторое время в сексуальном рабстве у русалок будет немного позже, после ритуала на алтаре.