И вот хоть и нашёл оправдание для своей трусости, Лёшик невольно вспомнил деда Бойко и Мстиславу, Дарину и Эллу, Никитоса и Костяныча. На душе стало тоскливо, и он понял, что пора с кем-нибудь словечком перекинуться, иначе совсем хана будет. Выбрался из кровати и по-солдатски надел чистое бельё, не забыв про утренний туалет.
Милана суетилась на кухне и обрадовалась появлению мужа:
-- Уже проснулся? С добрым утром, солнышко!
-- И тебе всего хорошего, любимая.
-- Что случилось? Или мне кажется, что ты не в настроении?
-- Не кажется. Надоело дома взаперти сидеть. Чем-то заняться надо или я завою.
-- Ты же сам запретил говорить, что ты в городе. И что тебе нельзя никуда выходить, тоже ты решил.
-- Но ты же помнишь, что я тебе говорил по этому поводу? О том, что император запретил мне появляться в Русалочьем Броде.
-- Так и ходи туда. В Оше много дел, которые тебя заинтересуют. Давай разделимся, быстро завершим дела, и у нас больше свободного времени останется.
-- К сожалению, не могу. У меня не завершённые дела имеются, и я обязан их завершить. Лучше расскажи, чем ты сегодня будешь заниматься?
-- После завтрака поеду в ратушу. Сегодня будет присутствовать губернатор на сеансе связи с твоей экспедицией. Будем решать проблемы.
-- Ну, во-первых, это уже не моя экспедиция. Я отстранён для решения других дел. Государственных! А экспедиция – это проблема маленького региона.
-- Ой-ёй-ёй! Какие мы деловые стали! А главой экспедиции, между прочим, по-прежнему ты значишься.
-- А как же Хорхе?
-- Хорхе погиб. Даже тела не осталось. Сейчас ИО начальника экспедиции назначили Никиту, но его не очень-то слушаются.
-- Так назначьте Ивона! Он справится.
-- Я тоже такого же мнения, хотя у нас с полковником личная неприязнь. – Милана отвела глаза в сторону. Лёшик понял, что она не очень хочет говорить на эту тему и не стал расспрашивать. Они уже завтракали вдвоём прямо на кухне, как делали это все последние дни. Поэтому, когда он принялся поглощать еду, было время для размышлений. В смерть Кости он не верил. Просто манера у того такая линять с места, когда пора уходить подходит. Может быть, учёба в институте не позволяет ему присутствовать в их Игре достаточно долго. Или другие причины имеются. Но только не смерть. Интересно, Дарина в курсе особенностей своего оборотня или нет? Захотелось поговорить с сестрёнкой немедленно. И к Элле имеются пару вопросов. Но прежде стоит расспросить о проблемах, упомянутых Миланой:
-- А что за проблемы?
-- А спроси своих домовых! В них проблема!
-- А конкретней можно?
-- Извини, я так зла на них, что сил нет терпеть. Начну сначала. Экспедиция, как я тебе уже говорила, продвигается весьма успешно, хоть и медленно. Найдено уже три алтаря, очищено от останков монстров два небольших городка и довольно большой речной порт. Порт по территории почти равен нашему Ошу без трущоб. Там до сих пор ведутся зачистки захоронений .
-- Кто этим занимается? Разделили наше охранение?
-- Нет, что ты! Наши все вместе продвигаются дальше. Зачистками занимается ополчение под руководством капитана Бурана. Там целая армия собралась. Губернатор отзывается о нём очень хорошо. Говорит, хороший генерал выйдет из капитана. Дисциплину установил строгую, обучение ополченцев приветствует и снабжение на высоте.
-- Помню я его. Деятельный мужик. А что за проблемы?
-- А проблема в невозможности акти-ви-ровать алтари. – По слогам повторила Милана непривычное слово, по всей видимости, из лексикона Никиты.
-- Что для этого требуется?
-- Требуются статуэтки Богов и Богинь.
-- Так что сложного в том, чтобы достать из ящика статуэтку и поставить её на постамент?
-- Ящик под рукой должен быть, а его нет!
-- Потеряли что ли? Как это возможно?
-- Никто их не терял. Они под надёжной защитой у твоего Сиротки.
-- У Нафани?
-- У него, у него, у кого же ещё! Я уж и так, и этак, ни в какую не отдаёт, шельмец! А когда бы активировали алтари, то восстановление экосистемы пошло бы быстрее и бороться с нечистью стало бы легче. А эти твои упрямцы не отдают ящик! Дошло до того, что я сделала им последнее предупреждение и выгнала их из дома на крыльцо! Для домовых быть изгнанными самый верный способ уйти на перерождение, но их и это не пугает. Нас, говорит твоя Анна Никифоровна, может только господин изгнать. Вот теперь на улице живут и в палатке ютятся. Неужели они тебе не наябедничали ещё?
-- Нет. Сказали, что у тебя полный штат прислуги и им не нашлось места в доме.
-- Ну, я не зверь. Крыльцо и палисад им отдала, чтобы не начали пакостить соседям и выживать их домовых. И не хочу, чтобы ушли незнамо куда. Ищи их потом, как ветра в поле.
-- Понятно. Я займусь этой проблемой, солнышко. И заберу их вместе с Рексом с собой. Спасибо тебе. Да, кстати, как ты отнесёшься к переезду в столицу? Мне Император Ричард дал разрешение на переезд на постоянное место жительства в столицу вместе с семьёй. Мне дом совершенно не нужен, поэтому слово за тобой.
У Миланы от счастья засияли глаза, но она грустно вздохнула:
-- Но у нас ещё столько незаконченных дел и в Оше, и в Русалочьем Броде…. Даже не знаю, что делать. Но отказаться от столицы я не в силах. Это такая честь.
-- Решено! Я даю согласие, и после получения письменного разрешения, можешь смело объявлять всем знакомым! А сейчас лучше всего нам попрощаться, потому что я не знаю, куда меня заведёт кривая.
Лёшик обнял супругу и поцеловал её в макушку. Ушла Милана со слезами на глазах, но вырвала из него обещание поскорее вернуться и не умереть, как это сделал Хорхе. Глядя ей в след, Лёшик вздохнул – он сам не знал, что ждёт его в следующий момент, но один процент здоровья всегда обещал ему не умереть окончательно. Интересно, а если он останется здесь жить навсегда, опция сохранится или через год, после окончания контракта, он станет обычным смертным? Может быть, спросить у Ивана?