На спасение библиотеки ушло два полных дня. Сначала складывал таблички в свою сумку, но когда понял, что та занимает слишком много места, укрепил стены подвала и с помощью той же бытовой магии навёл порядок. Теперь восстановленные таблички перекладывал на свободные полки. Для дешифровки оставил себе разные на первый взгляд письмена. Вышло две ячейки табличек.
Хорошо в эти дни было только Рексу. Он с удовольствием участвовал в облавах на монстров, которые с регулярной настойчивостью забегали в город. И чаще всего выступал в роли приманки, заманивая непрошеных гостей в ловушки, возведённые ополченцами. Статы медленно, но уверенно росли. Лёшик даже навесил пару перемётных сумок с грузом на псину, чтобы переноска грузов тоже поднималась. К концу третьего дня Рекс мог переносить уже 105 кг.
А потом его огорошил капитан Буран. Оказывается, у него был шар для связи, и он ещё в первый день доложил Ивону Ливоновичу о возвращении барона и его находках. Тот доложил губернатору, который в свою очередь, Ричарду. И Ричард счёл нужным явиться своим порталом в развалины. К тому же, не один, а в сопровождении почти десятка жрецов разных Богов. Портал едва засветился, а ополченцы уже встали в коленопреклоненные позы. Лёшик, как всегда, тормознул и повторил действие только после того, как узрел лицо молодого императора. Ричард улыбался и после его взмаха рукой, ополченцы поднялись:
-- Прошу, господа, давайте обойдёмся без дворцовых церемоний. Визит неофициальный и здесь я под началом Главы Жрецов Старца Зосимы. Покажите ему место с нежитью. А у меня есть пара вопросов к вашему барону. Где он? – Лёшик решил, что император прикалывается или так положено у них, императоров. Вышел вперёд и склонил голову. Ричард подошёл ближе:
-- Что за представление? Почему в хламиде ученика жрецов? – Но отвечать при всех не дал, а положил руку на плечо и повёл в сторону.
-- Обстоятельства заставили, Ваше Императорское Величество.
-- Собираешься становиться жрецом?
-- Не думал на эту тему. Предложили, я и согласился.
-- В таком случае, совсем необязательно всегда носить хламиду и посох. Достаточно надевать её при церемониях и молитвах.
-- А ты умеешь драться посохом?
-- Конечно, умею. В платье жреца другого оружия не полагается. Именно поэтому, не стоит подвергать свою жизнь опасности и показывать всем, что ты ученик и слаб. Наши ученики живут и тренируются в обителях. Это, как я понял, не твой путь, поэтому предупреждаю об опасности.
-- Благодарю, Ваше Императорское Величество.
-- Ричард. Для тебя я просто Ричард. Даже во дворце.
-- С…спасибо. Я боялся за ослушание нагоняй получить, а ты милостями осыпаешь…..
-- Что такого случилось, о чём мне не известно?
-- Ну, я же сбежал от Арслана, … тебе не доложил….
-- А, вон ты о чём. Не беда. Я знаю, что ты спасал свою задницу. Я бы так же поступил. Наслышан о дурном нраве царя. Кстати, я там уже побывал. У Ксении во дворце. – Заметив удивлённый взгляд Лёшика, пояснил, -- я наложил на тебя метку и по метке порталом сходил к сестре. Мы всё обсудили, договорились, и я оставил ей метку для связи и портала на всякий пожарный случай. Так что, ты успешно справился со своей задачей, барон.
-- Понятно. А не предупредил о метке тоже на всякий пожарный случай?
-- Не злись. Вокруг меня столько разной швали вертится, что я не всем начинаю доверять после первой встречи. Вот к тебе у меня тоже вопросы имеются. Скажи, как это ты умудряешься новые поселения на своё имя записывать? Я специально проследил за тобой.
-- Какие поселения? Заимку в Белой пустоши? Не знаю, я просто воткнул палку с тряпкой для прикола в крышу снежного домика.
-- А атолл Подкова?
Лёшик долго непонимающе смотрел на Ричарда:
-- Там я идола с потонувшего корабля на камень поставил. И всё.
-- А на карте появилось новое поселение Подкова, владелец которого барон Бродский. Не говорю уж о Городище. Ты там даже умудрился старосту назначить и ратушу возвести. Мы только что оттуда. Мне стоит ожидать присоединения и этого города после уничтожения нежити?
-- Нет, с этим городом посложнее задачка. Пойдём, покажу, -- Лёшик направился по дороге. Рассказывать ничего не стал, но тему для разговора нашли, говорили о Рексе и о том, какой он умный. Пёс, естественно, понял, что речь о нём и вилял хвостом, создавая ветер.
Осмотр будущего портала и передача прав прошли быстро. Но прежде решили уничтожить нежить. Не хватало ещё выпустить нечаянно скелетов через портал в другие земли. В это время в той стороне, где были заперты магией враги, поднялся невообразимый шум. Раздумывать времени не было и Лёшик, подхватив Ричарда в охапку, переместился прыжком на край площади. Жрецы били скелетов. Лёшик даже не успел придумать, каким оружием воспользоваться, как со скелетами было покончено. Вихрь сметал остатки костей в кучу, для дальнейшего их сжигания. Кости горели в магическом огне с треском и искрами, но у Лёшика на душе была тревога – он боялся и предчувствовал что-то. И это что-то будет ужасным, ведь некроманта не отыскали.
«Казимир, как думаешь, жрецы справились?»
«Я бы советовал прежде найти некроманта и уничтожить его».
«У тебя есть предложения, где он прячется?»
«Дай мне третий глаз и взгляд демона под контроль. Я ничего простым зрением не вижу».
Лёшик не стал торговаться, а немедленно выполнил просьбу Демона. Его глаза засветились красным огнём, разгораясь всё ярче и ярче. Третий глаз засветился первым, в этот раз на лбу. Лёшик не мог видеть себя со стороны, но в этот миг он был ужасен. Черты лица исказились, перенимая черты Демона, небольшие рога, большие лохматые уши и оскаленный рот с кривыми зубами довершали неприглядную картину. К счастью, изменений не заметил никто из жрецов, только Ричард с интересом наблюдал за ними. А потом Лёшик увидел прозрачный силуэт синего цвета под куполом сияющей защиты, сдерживающей скелетов и лича от передвижений.
«Я не знаю этого демона, но одно могу сказать – он из Армии Бельфегора. Если он вырвется наружу, то многих ожидает смерть. Нас тоже».
«А ты сможешь его победить?»
«Ты неправильно ставишь вопрос. У нас нет выхода. Я должен его победить! И нам стоит поторопиться…».
Внутри защитного круга происходило что-то непонятное и жрецы не могли понять, что происходит. Остатки искр от сгорающих костей не угасали, а наоборот, разгорались ярче синим пламенем, формируя фигуру огромной ящерицы. Вместо плоти её тело составляли огненные кости. Когда фигура полностью сформировалась, завершаясь длинным хвостом, как у змеи и большими крыльями, как у невидимого лича, она стала высматривать себе добычу среди живых людей. Химере хотелось есть, её терзал адский голод. Она двинулась к толпе, но её удерживал барьер защиты. И это её разозлило. Лёшик порадовался, что барьер удерживал и звуки, издаваемые рептилией.
Следующие несколько минут все присутствующие наблюдали за попытками химеры уничтожить барьер. Сначала в ход пошёл хвост с костяным наконечником, как у стрелы, но гораздо больше. Барьер устоял. Чем только сильнее разозлил химеру. Она начала плеваться огнём, бить хвостом и передними лапами.
Жрецы никогда не бились с подобной тварью, но они готовы были биться до конца. Уже сейчас они укрепляли барьер, отгоняли подальше ополченцев и умоляли Ричарда покинуть порталом опасное место:
-- Успею! – Ответил Император и посмотрел на Лёшика. – Какая у тебя рожа! Не показывайся детям в таком виде – испугаешь!
-- Сейчас будет ещё страшнее! Тебе и правда лучше уйти отсюда! Барьер рушится!
Визг химеры оглушил всех и это означало, что барьер пал. Значит, настало время Казимира. О чём и сказал тому Лёшик, зажимая уши.
«Беги в круг! Я займу на время твою голову!»
Что означали эти слова, Лёшику стало ясно намного позже. А пока он просто выполнил просьбу демона, который сидел внутри него. Жрецы мужественно сражались с огненной химерой, а он, как последний трус, бежал в сторону от битвы. Туда, где никого не было. А потом он провалился в черноту. В ту, которая была при его знакомстве с Казимиром. Но сейчас он был совершенно один и просто плавал в этой темноте, как космонавт в невесомости. Где-то далеко слышались визг, крики, говор людей, а он просто плавал и медленно думал:
«Как же не во время меня прихватило. Надо биться с личем, а я тут прохлаждаюсь…. А вдруг я уже умер? Тогда почему я не возрождаюсь? А-а, это, наверно, из-за лечебного зелья. У меня ещё две порции осталось». На этом месте он почувствовал, что лежит на земле спиной вниз и у него болит всё тело. И как он не силился, не мог двинуть даже пальцем. И глаза открыть не мог. Зато теперь голоса отчётливо слышал. Вот его о чём-то просит Ричард.
«А-а, беспокоится, живой я или нет». Трогает за руку, прижимает ухо к груди. Обрадовался, что слышит стук сердца. Приказывает уложить на носилки. Лёшик опять попытался пошевелиться или открыть глаза, но не смог. Но боль в теле прошла:
«Ладно, раз ничего не получается, посплю немного. Такая слабость в теле, будто я брёвна ворочал….» И Лёшик уснул.