Комната у неё была небольшая, без изысков, обставленная только необходимыми вещами: кровать-кушетка, шкаф и стол, заставленный необходимыми колдовскими атрибутами, которые на столе все не помещались, поэтому над столом ещё и расположился ряд полок. Высокое узкое окно, напоминающее окошко из древне-русских сказок. А главное, большое, старинное зеркало, покрытое сетью мелких трещинок, сквозь которые проглядывала зелень. Можно было бы сказать зелень времён, по аналогии с пылью веков.
Серафима Фёдоровна ещё и телевизор около него приспособила, по которому смотрела всякие колдовские передачи – благо их много развелось за последнее время. Пищу тоже принимала в этой же комнате, за этим же столом, так же, как и молодые – в своей комнате. А по другому в их доме было нельзя – не приспособлен.
Женщина всегда знала о своих колдовских способностях. Правда, их сейчас так не называют, всё больше сверхъестественные, потусторонние, магические, экстрасенсорные. Особенно ей нравилось – экстрасенсорные. Звучит так по-научному, в то же время загадочно и ставит обладателя выше других. А то,что она выше других, знала чуть ли не с рождения. Заметила, когда в доме при её прикосновении к выключателю, стали перегорать лампочки. Доказательством могущества явилось наказание всех её недоброжелателей. То есть, стоит пожелать кому-то несчастий, то они и случались.
А потом, такие способности, как у неё, не просто заложены в генах, а и передаются, что называется, из рук в руки. У неё от бабки, которая-то и умереть не могла, пока не поговорила с внучкой, не взяла её за руку – не передала ей свои способности. Бабка и научила знанию трав, как пользоваться ими. Обрядам, заговорам, передала магические предметы.
Серафима развила свои способности, добавила знания, полученные из книг, телевизора. Стала применять их уже осознанно. Набирала себе клиентуру из одноклассниц, особенно, правильно “нагадывая” и предсказывая им судьбу. Постепенно слух об её способностях распространился. И уже не только ровесницы, но и их родители и всякие разные знакомые тоже стали обращаться к ней по различным нуждам.
На сплетни и осуждения внимания не обращала, поскольку была уверена, что это от страха и от зависти, и подвергаться нападкам всегда удел избранных. Тем более, что страхи окружающих обоснованы, и она всегда могла наказать особо досаждающих. По всем этим причинам её не трогали, что ещё больше добавляло гордости и удовлетворения.
Отношения с религией у неё тоже были особенными. В том, что Бог есть, не сомневалась. Поскольку, если есть магические силы, которые у неё, то как не быть и тому, кто неведомыми путями может управлять миром и, в том числе, магией тоже. Только она
22.
осознанно выбрала противоположное, то есть служение силам тьмы. И думала, что в случае чего, “князь мира сего” её защитит и выделит подле себя местечко.
Терпеть рядом с собой внука и его жену с их походами в церковь – приходилось. Это её семья. А без семьи нельзя. Да и к тому ж, человек она всё-таки. И, действительно, по своему любила и внука, и правнучку. А невестка – бесплатное приложение к сему.
Особое отношение, конечно, к девочке. Во первых она точно пойдёт в неё. Опытным своим взглядом сумела рассмотреть строение фигуры, которое обещало стать стройным, как у неё. Лицо несло отпечаток черт, похожих на её собственные. Тёмный цвет глаз и волос, таких же, как у неё. Нет, конечно бывают ведьмы и с голубыми глазами и светлыми волосами, но тёмные как-то привычнее. Кроме того пристальный взгляд, который, казалось, пронизывал насквозь. Это тоже её взгляд. Или, может быть, так Серафиме Фёдоровне хотелось думать? Вряд ли по маленькому ребёнку уже можно было определить всё до такой степени.
Но самое главное, она не сомневалась, что обучит девочку всему, что знает сама. Поэтому уже сейчас стала покупать книжки, детские, конечно, в которых можно было угадать отголоски старинных обрядов. Заготавливала таинственные предметы, игрушки, которые по мере взросления будут интересны ребёнку. Но все эти предметы, так или иначе, связаны были с осознанием её предназначения. То, что внучку окрестили, возят в церковь, ей, конечно, не нравилось. Но ничего с этим поделать не могла. Кроме того думала:
_ Ладно, природа всё равно возьмёт своё!
12.
Однажды Маша, вернувшись с работы раньше обычного, заметила бабку возле кроватки ребёнка. Она сначала не придала этому значения, но потом присмотрелась – что-то не так. Серафима Фёдоровна склонилась над девочкой и так была увлечена каким-то делом, что ничего вокруг не замечала. Маша подошла ближе и увидела, что та крепко сжала ручку ребёнка в своей и водит по ладошки иголкой. Но водит, видимо, слегка, не больно, потому что девочка не закричала.