Даша подходила к маминому дому, как обещала немного пораньше. Но кладбище, мимо которого шла, так и тянуло к себе. Женщина решила зайти – была-ни была. После жары здесь приятно веяло прохладой. После вчерашнего дождя вымытая зелень смотрелась ярко, но всё равно напоминала о том, что здесь другой мир, в котором принято думать об ушедших, о вечном. Дуб, как всегда встречал Машу, или ей так казалось. Он шелестел листвой, как будто хотел сказать что-то успокаивающее, снять усталость и грустные мысли. Маша прислушалась, и ей показалось:
_ Всё будет хорошо! Подожди! Грядут перемены.
Маша даже огляделась по сторонам – никого. А что она ожидала увидеть? Взглянула на портрет мужа – он, показалось, подмигнул, как это делал при жизни. Маша улыбнулась. Это подмигивание раньше всегда вызывало такую же реакцию.
_ Мне, наверное, стоит носить его портрет с собой, – думала она, – Действительно с ним легче. И как это я раньше не додумалась?
Такой улыбающейся и вошла в родительский дом.
_ Ну вот! Узнаю дочку, — сказала мама, – А то совсем скисла. Я уж подумала, не обижает ли тебя квартирант!?
Маша вздрогнула. Точно такие слова недавно сказала ей бабушка Аксинья. Не может это быть случайным совпадением. Снова в сердце пробралась тревога, которую мама не могла не заметить.
_ А всё-таки я права. Дело в нём. Стоило упомянуть– и ты опять расклеилась.
_ Нет, мама, всё в порядке. Просто сейчас троицкая неделя. А ты знаешь, что для меня – это дата, память. И я всегда грущу. Вспомни!
Мама подумала и согласилась.
_ А и то правда.
30.
Маша с Милой, когда зашли в дом, снова услышали стуки из бабкиной комнаты. Дочка насторожилась, но мама успокоила:
61.
_ Не бойся. Ты же знаешь, что дядя Лёша ремонт делает. Подумай сама! Сарай прекрасно нам отремонтировал. И дом тоже собирается. Ему же там всё замерить надо. Посмотреть, где нужно что-то менять, где нет, – успокаивала она девочку.
А потом подумала – девочку или себя? Скорее всего и то и другое. Они вместе с Милой принялись готовить ужин. Маша всё чаще подключала дочку к работе, потому что понимала – упустишь время, потом не наверстаешь. Дальше у девочки появятся другие интересы, а то, что привлекает сейчас, будет нудно и пресно. Это так же, как с чтением.
А сейчас, и именно сейчас, ей хочется примерить на себя обязанности хозяйки, заслужить похвалу. Да и, занимаясь совместными делами, они ближе становятся друг к другу. Здесь всё имеет значение – и передача знаний и умений, и разговоры, и интонации, которыми сказаны слова. Тут же можно отвлечься, рассказать о чём-то другом, послушать, что расскажет дочка, узнать, что её волнует.
Маша прислушалась – стуки за стеной не утихали, а даже, как будто приближались. Ей опять стало тревожно.
_ Алексей! Иди ужинать!-- позвала она.
_ Нет! Ужинайте без меня, я не хочу, – послышалось в ответ. Причём стуки даже на секунду не прекратились.
Маша с Милой поужинали сами. Вместе друг с другом им никогда не было скучно.
_ Даже лучше, – подумала Мила. Она вынуждена была признаться себе, что дядя Лёша ей не нравится, но, совсем как взрослая, согласилась с неизбежным. “ Неизбежное – это то, что должно случиться. Чего не изменить”, – говорила ей мама.
Стуки уже звучали совсем рядом, как будто в Милиной комнате. Девочка вздрогнула:
_ Ой, мама!
Маша не выдержала:
_ Подожди меня. Я сейчас, – сказала она и решительно ринулась в бабкину комнату. Причём была так возбуждена, что даже стучаться не стала.
Ворвавшись в комнату, увидела то, что не ожидала – комната была полностью разворочена. Маша понимала, что такое ремонт, но это был полнейший разгром. Главное, что стены были раскурочены и восстановлению уже не подлежали. Причём стена в Милину комнату в нескольких местах была почти насквозь пробита. В конце концов, весь мусор будет падать на девочку. Мало того и сама стена может обвалиться и придавить её.
_ Ты что делаешь? Ты что, действительно не понимаешь, что разрушаешь дом? Да ладно бы дом. Ты так дочку мою можешь убить!
Алексей оторвался от работы и с полубезумные глазами стал надвигаться на Машу.
_ Не бойся, хозяйка. Всё будет ОК. Ничего с твоей хатой не сделается. А ты что думала, на халяву новый дом сразу получишь?
62.
Маша остолбенела. Куда девался тот вежливый Алексей, которого она взяла в квартиранты? Да и слова-то какие! Жаргон какой-то! То ли тюремный, то ли нет, но явно ей не нравился.
_ Алексей! Я Вас прошу немедленно прекратить это! – процедила она сквозь зубы, намеренно переходя опять на “Вы”, давая понять, что дружеские отношения закончены.