Чем ближе к слободе мастеров и кузнецов, тем больше людей я встречал, многие стояли группами и что-то обсуждали, но когда я появлялся, они замолкали и с интересом изучали меня со стороны. Понятно какая новость сейчас самая главная в городе. Подъехав к открытым воротам, немало народу и во дворе было, видимо в доме Михайловых сейчас день открытых дверей, и подведя лошадей к конюшне, тут она была на три лошади, завёл коней в стойла. Муромец еле поместился. Все зеваки и гости что были во дворе с интересом за всем наблюдали, даже некоторые пытались задавать вопросы, но я лишь косил на них взглядом, и те отходили. Бесили, и те видимо чувствовали, не умерят любопытство, прибью. В общем, принеся в вёдрах воды коням, оставил им, чтобы попить могли, и прошёл в дом. Тот тоже был полон. Настя с Любавой были тут же, но больше было незнакомых женщин, что помогали готовить.
— Что тут происходит? — прямо спросил я. — Там незнакомые мне люди заносят во двор столы и лавки.
— Поминки у нас сынок, — вздохнула мама. — Все несут что могут. Надежда ведь была что живы наши, может захолопили кого, в полон к ордынцам угодил, да сможет вернутся, а тут не осталось надежды. Мы посчитали, все наши в овраге том лежали, все. Тут родственники всех усопших, у нас поминки проводить будем, раз уж от нашей семьи весть горькая пришла.
— Понял, дело правильное. Чем я могу помочь?
— Хворост у нас для печи, быстро прогорает, плохо на нём готовить, дров бы.
— Сделаем, — легко согласился я.
Работы было немало, однако организаторские способности у меня были на высоте, я мало что делал сам. Отправлял добровольных помощников за тем или иным, или давая задания и по работе во дворе. Так что к вечеру столы стояли, и обед был готов, пусть был поздний вечер, но помянули всех. Батюшка из ближайшей церковки отмолил их. В общем, денёк у меня скажем так выдался изрядно суматошным, однако на мой взгляд, всё прошло как надо. Меня тоже попросили рассказать, что со мной было, вот я и рассказал, как очнулся, как выбрался из-под тел и полз к дороге, как дважды зимовал на постоялом дворе, занимаясь тренировками и охотясь. Где общая могила павших от рук татей описал подробно, мало ли кто заглянет туда. Остальное без подробностей, ни к чему это просто. Среди родственников погибших были и местные дружинники, вот один, в заметном подпитии, и спросил:
— А сабельки-то носишь по праву? Или они у тебя деревянные? Помнится, ты с деревянным мечом ходил и всем говорил, что русский дружинник.
— То в прошлом было, а имею ли я право держать оружие или нет, то московские дружинники в Кремле проверяли, Егор Лукич Лапин, обеирукий воин, он сказал, что достоин.
Крыть на эти мои слова тому было нечем, причём судя по гулу изумления, кто-то из дружинников этого старого воина знал, потому как последовал вполне очевидный вопрос:
— А разве Егор Лукич ещё в дружине?
— Нет, уже года два как живёт у сына. Он старых знакомых навещал, вот и провёл со мной бой.
— И как?
— Да гонял по всему подворью. Правда, подтвердил, что я ношу сабли по праву, и велел побольше тренироваться. Предложил учить меня дальше. Вернусь в Москву, буду учиться.
— Так ты в Москве жить хочешь? — раздался вопрос среди удивлённого гула голосов.
— Конечно, я там и дом уже купил, обустраиваюсь. Да вот решил приехать в Коломну, спросить, может кто узнает. Узнали, сообщили мне что родственники есть, в беде они, буду помогать. Хочу с собой их забрать.
Вопросов было много, но сам вечер закончился благополучно, последних увели ещё в полночь, и мы закрыли ворота. Столы и всё что давали соседи, они заберут завтра. Убедившись, что все новообретённые родственники уже спят без задних ног, а у них и передних нет, укатали их эти поминки, я осторожно покинул подворье. Как это сделать мне подсказала мать Тита ещё днём. Покинув двор соседей, через их тын, я выбрался на соседнюю улицу и осмотрел ту улицу, на которую выходили ворота нашего дома. Угу, моя догадка верна, стоял наблюдатель. На перекрёстке, откуда хорошо видно ворота. Луна яркая была, без факелов можно заметить если кто ворота покинет, или через калитку выйдет, удобное место наблюдения. Причём я вроде его видел раньше, сегодня даже. Как раз на поминках. Ну да, с тем столпотворением что там стояло, можно десятки таких шпионов или слухачей засылать, всё разузнают и выведают, и никто на них внимания не обратит.