– Не за что, Михаил Александрович, – ответила Настя, – там Иван Трофимович приехал, я в окно видела, как он парковался.
Настя была очень привлекательна. Она была в расцвете своей юношеской красоты, ей было немногим больше двадцати. Роста она была среднего, хорошо сложена, фигуру подчеркивало узкое черное платье, выше колен, но не фривольное. На ногах были изящные черные туфли на высоком каблуке и утолщенной подошве, которые делали ее выше, подчеркивая стройность ног, и вызывали завистливые взгляды женщин. Она была натуральной блондинкой, носила длинные волосы ниже лопаток, а спереди прямую челку до бровей. Лицо было слегка вытянуто, уголки больших голубых глаз были чуть приопущены и по краям, и у переносицы, что придавало необычное немного печальное выражение ее лицу. Нос был прямым, губы были хорошо прорисованы и в меру пухлые. У нее была осиная талия, очень красивые бедра и небольшая, но пропорциональная ее размерам грудь. В общем она была очень сексапильна, и именно это и повлияло на Мишино решение взять ее на работу в качестве своего секретаря. Но надо справедливости ради заметить, что это было не единственное Настино достоинство. Она была сообразительна, владела компьютером, могла составлять рабочий график для своего шефа, была вежлива и аккуратна, так что обязанности секретаря давались ей без труда. В первый же месяц она позволила Мише себя соблазнить и у них воцарились полное взаимопонимание. Нельзя сказать, что Настя спала с Мишей только по служебной необходимости – он ей нравился. Миша был недурен собой, образован, по крайней мере ей так казалось, состоятелен, имел степень доктора наук – конечно ей льстило внимание к себе со стороны такого человека, который был старше ее на тринадцать лет. Мише тоже льстило, что когда они появлялись где-нибудь вместе, то мужчины бросали на нее взгляды украдкой – она определенно нравилась. Нравилась она и Мише, причем все больше и больше, так что он начал подумывать не предложить ли ей переехать к нему насовсем. «Но тогда, наверное, придется отказаться от нее, как от секретарши – а то будут сплетничать» – размышлял Миша. А отказываться от ее профессиональных услуг ему тоже не хотелось – ему нравилось, как она работает, а найдет ли он достойную замену еще не известно. Это была дилемма, над которой он бился уже давно, а решение все никак не приходило.
– Настенька, проводи Ивана Трофимовича ко мне в кабинет, как поднимется, мы его ждем – попросил он свою секретаршу с чуть большей нежностью в голосе, чем требуется при обращении к подчиненной, но Русланчик ничего не заметил.
Через пять минут в кабинет вошел Ванечка. Он был явно чем-то взволнован и хотел начать с Мишей разговор, но увидев Русланчика, остановился.
– Позволь тебе представить – это Руслан, помощник Фирсова из комитета по науке. Если ты помнишь, мы хотели концепцию конкурса для молодых ученых обсудить – обратился оп к Ванечке. – а это Иван Трофимович Флеров, с которым мы должны согласовать нюансы – представил Дубинин Ванечку. Вот, Руслан принес концепцию конкурса на рецензию.
Русланчик и Ванечка обменялись приветствиями. Ванечка оценивающе окинул взглядом Русланчика, пытаясь определить насколько тот может быть ему полезен, но ничего не прочел на лице Русланчика – на его лице читалось только легкое недоумение – здороваясь, Русланчик вспомнил свой разговор с Альбиной на счет Флерова, Ванечки и Дубинина, который у них состоялся во время написания концепции:
– С младшим Флеровым надо быть предельно осторожным. Это человек, который ни в чем не знает меры – говорила Альбина про Ванечку. – То, что сейчас происходит с академией, несомненно рано или поздно привлечет внимание прокуратуры и следственного комитета. Говорят, что они уже интересуются подвигами этого молодого проходимца, но не трогают его, чтобы не порочить светлое имя нашего великого ученого – его папочки. Хотя и папочка тоже хорош. Я слышала, что у него в коллективе реально культ личности – Сталин отдыхает. Я не знаю, действительно ли он большой ученый или просто талантливый организатор, как сейчас говорят, менеджер, менеджер от науки – я не физик, но интересных историй про него много ходит. Говорят, что недавно один молодой ученый написал кандидатскую и уже готовился к защите, когда Флеров приказал ему отдать уже законченную работу другому, а когда тот стал возражать, то пригрозил, что выгонит его из института и тот вряд ли где-то еще защитится. Но если он все же отдаст написанную диссертацию, то Флеров ему пообещал защиту на следующий год и должность старшего научного сотрудника, а через три-четыре года и докторскую. Парень согласился. И такая история не единственная. Один мой знакомый раньше работал вместе с Флеровым, но потом ему пришлось перейти в Университет. Он рассказывал, что много лет назад, когда Ванечка был еще ребенком, у того сломался велосипед – так вот Флеров вызвал моего знакомого и в приказном тоне распорядился, чтобы тот бросил все дела и немедленно отправился в магазин купить какую-то деталь к велосипеду. Мой знакомый отказался выполнять распоряжение. После этого случая Флеров стал делать вид, его как бы не существует, он его не замечал ни в лаборатории, ни на совещаниях, перестал с ним здороваться. Сначала это все моего знакомого забавляло, но от пассивного отрицания Флеров затем перешел к активным действиям. Он стал вдруг где только можно критиковать научную его деятельность, обвинять его в антинаучном подходе и чуть ли не в шарлатанстве. Тот перестал ездить на конференции, его статьи перестали печатать, ну в общем началась настоящая травля. Ну и пришлось моему приятелю уйти из института. Постепенно Флеров избавился от всех недовольных. Но самый интересный персонаж – это Дубинин, его зам. Тут история темная. До встречи с Флеровым Миша был заурядным хирургом, аппендиксы резал, а после знакомства с академиком вдруг очень быстро стал доктором наук, хотя, как говорят знающие люди, своих публикаций у него было не больше пяти, и те в низко рейтинговых журналах – ученые их Мурзилкой называют. Ну это не помешало Дубинину получить звание профессора. Потом после организации своего университета – вот ведь тоже мания величия у человека – Флеров сделал его проректором, а теперь, поговаривают, скоро проведет в академики. Почему Флеров так продвигает Дубинина – трудно сказать. Думаю, что благодаря своей угодливости Миша постепенно внедрился во все направления деятельности академика, как раковая опухоль на последней стадии, которая дала метастазы по всему организму, и теперь если его убрать, то все рассыплется.