В приглушенной тишине за стражами раздался звон. Я чуть не выскочила из кожи, посмотрела за них. На меня глядела рабыня-писарь, которая была с министром Кобоком в моей камере пару часов назад. Металлический поднос у ее ног еще звенел.
Мы обе застыли, глядя друг на друга. Стражи не замечали меня. Я сжала рукоять меча сильнее. Ребра опалила боль от быстрого дыхания.
Один из стражей раздраженно фыркнул, все еще глядя на девушку.
— Подними это, — сказал он. — И займись своей работой.
Словно придя в себя, она опустилась на пол и стала собирать письменные принадлежности на поднос. Но когда она встала, ее нога зацепилась за край платья, и она драматично упала и растянулась на полу, содержимое подноса рассыпалось еще дальше. Склянки с чернилами катились. Перья летели.
Стражи издали нетерпеливые звуки, ругая ее за неуклюжесть. Они прошли к ней, подвигая сапогами ее вещи. Она лепетала извинения, подгребая все к себе. А потом, когда стражи оказались как можно ближе к ней, она оторвала взгляд от подноса, посмотрела мне в глаза и взглянула в сторону.
Теперь между спинами стражей и углом зала была брешь в восемь футов. Не медля, я скользнула вперед, сжала меч и кольцо с ключами, чтобы они не звякали. Я обогнула угол, прошла мимо декоративной колонны, бросилась к линии высоких кустарников, их горшки были размером с колесо кареты. Я скользнула в тени за ними, подвинулась дальше от стражей, пытаясь перевести дыхание от боли в ребрах и напряжения во мне.
Я не знала, где была в замке, но не ждала ответов. Я приблизилась к еще одному углу, в этот раз к коридору куда меньше, для слуг, и за мной зазвучали шаги. Во тьме кустов появилась писарь. Она бесцеремонно бросила поднос в горшок и подошла ко мне с большими глазами.
— Спасибо, — сказала я.
— Ты выбралась, — потрясенно прошептала она. — Я никогда… я не знала, что ты сможешь выбраться сама. Я шла вытащить тебя.
— Да? — спросила я. — Как?
— Я… даже не знаю. Я думала, что смогла бы сказать, что несла припасы в комнату записей внизу.
— А потом? Ключи? Стражница?
Она сцепила ладони.
— Я не знала. Я думала, что что-нибудь придет в голову.
Я попятилась, кривясь.
— Я ценю твою смелость, но я рада, что нам не пришлось полагаться на этот план. Как тебя зовут?
— Ирена.
— Я Ларк, — сказала я. — Ты из Алькоро? Это алькоранское имя, — она выглядела как алькоранка — кожа цвета песка, светло-каштановые волосы, как у Седжа.
Она кивнула, и ее плечи опустились, словно от облегчения. Она заговорила на восточном, звуча натуральнее, чем на моквайском:
— Нас с сестрой поймали четыре года назад. Я могла читать и писать, и меня отправили сюда. Мою сестру отправили в Канаву Теллмана.
— У тебя договор?
— Нет, — прошептала она. — Это навсегда.
— А твоя сестра?
— Она свободна, — выдохнула Ирена, ее глаза пылали с яростью. — Ты высвободила ее из кареты, когда ее перемещали в Редало два года назад.
Тишина зазвенела между нами.
— Я слышала, как кучера говорили о произошедшем, — сказала она. — Было не сложно найти отчет и увидеть ее имя там. Мейсса.
Я вспомнила девушку с похожими соломенного цвета волосами и круглыми щеками.
— Горькие источники, — сказала я. Мы с Араной вернули ее с мальчиком, Лефти.
Она кивнула.
— Видишь, — сказала она. — Мне нужно что-то сделать. Я не могла просто оставить тебя там. Я помогу тебе сбежать, как смогу.
Я размышляла миг.
— Я не собираюсь сбежать. Пока что.
— Но я тебе помогу, — сказала она.
— У тебя могут быть проблемы, Ирена. Ты можешь оказаться на виселице со мной. Ты уже помогла мне уйти от стражей, ты не в долгу передо мной.
Она выпрямилась.
— Нет. Это как в истории, когда звезды покидают небо, чтобы идти за Справедливостью в бой, и мир темнее, пока она не побеждает.
Я не знала эту историю, и мне не хотелось вести ее в бой, но я не думала, что могла найти тут путь сама.
— Ты можешь отвести меня наверх? — спросила я. — Чтобы меня не заметили?
— Тебе повезло, — сказала она. — Первое правило слуг замка — быть незаметными, — она поманила меня за собой и пошла к коридору слуг.
Я пошла за ней, инстинктивно подняла бандану на нос.
— Не верится, что во всем замке я столкнулась с той, кому помогла, — прошептала я, когда мы повернули в коридор.
— О, нет, — сказала она поверх плеча. — Это не удивительно. Ты помогла многим, не только мне.
42
Веран
У меня было это:
Си-ок Яно.
Кольцо с печатью родителей.
Мои сапоги с бахромой, но без медальонов.