— Что за планы? — с интересом спросила Ирина.
— Сейчас понемногу налаживаем своё дело, я тебе говорил какое, — помолчав, ответил Жека. — Однако у меня нет своих людей в финансовой сфере. Экономика, налоги, кадры. Этим занимается Света. Но ей будет трудно — работы много. Если есть желание, помоги нам. Или вливайся в дело.
— Конечно помогу, Жень, какие вопросы, — улыбнулась Ирина. — Времени свободного у меня много. Но опять же, нужно будет всё равно на первых порах нанимать сторонних консультантов. Однако с ними я могу помочь. Наберу персонал. Организую работу офиса. Без проблем.
— Но самое главное дело я не озвучил, — продолжил Жека. — У меня есть 29 процентов акций комбината — урвал в самый последний момент. Из-за них мне и пришлось бежать из России. Естественно, я не могу распорядиться ими. Скоро будет общее собрание акционеров, на котором все заинтересованные лица вскроют карты, чтобы посмотреть, кто сколько смог урвать и кто на что может рассчитывать. Я не смогу поехать на собрание — меня убьют по дороге из аэропорта. Отсюда сделать я тоже ничего не могу — разве что продать. Но это не входит в мои планы. Такие планы были как раз у моих недругов. Я хочу получить управляющий голос в акционерном обществе. Я хочу прибрать завод полностью!
— В Россию тебе возвращаться нельзя! — покачала головой Ирина. — Да и я не горю желанием.
— В Россию и не надо возвращаться! — заверил Жека. — Нужно найти надёжный венчурный фонд и нанять его для нашего представительства на собрании акционеров. Я конечно, могу и сам найти, но ты лучше меня ориентируешься в оценке надёжности фирм такого рода. Твоё дело только дать мне адрес.
— Ой, всё. Ну вас в жопу! Акции, облигации… Задрали уже. Давайте бухать! — заявила Сахариха и налила всем шампанское. — О! Вот и обед!
В дверь постучали, и два официанта закатили две тележки с обедом. Сахариха решила устроить праздник живота! Стейки средней прожарки с фасолью и спаржей, устрицы, омары, салат «Цезарь». В довершение ко всему ещё одна бутылка шампанского «Дон Периньон» и бутылка виски «Чивас регал».
— Это тебе, — кивнула Светка на вискан. — Я ж вижу, что шампанское тебе не нравится.
И началось! Обед плавно перерос в пьянку, как всегда это бывает, если собираются хорошо знакомые друг другу молодые люди. После шампанского девки стали хлебать неразбавленный виски. Включили модный дискотечный техно-хаус, выключили свет, и лишь всполохи цветомузыки подмигивали в такт мощному басу. Спустя какое-то время устали, сели перевести дух и перекурить.
— У меня есть для тебя одна очень хорошая новость, — заявил Жека, закуривая Мальборо. — Нашел я твоего бойфренда. Вернее, он сам нашёлся случайно.
— И где он был? — спросила Ирина. По её виду не сказать, что сильно обрадовалась. Наверное, уже свыклась с мыслью, что пропал чувачок насовсем. Да и была ли у них любовь? Часто мимолётное влечение принимают за любовь. А ещё Жеке сильно не понравилось, что Клаус никаких попыток не предпринял, чтобы найти Ирину.
— Его с поезда выкинули, — объяснил Жека. — Связался с мошенниками, развели на выпивку, подсыпали клофелин. Потом очнулся без денег и документов. Перебивался всякой хернёй, вроде нелегальных боёв. Я его в беспамятстве случайно встретил — избили его сильно. К себе в бригаду возьму охранником.
— Идиот твой Клаус! — безапелляционно заявила Сахариха. — Ему всё дали, что для жизни надо, а он всё просрал и похерил. А сейчас живёт как нищий. Нахер таких дураков в нашей бригаде!
— Нашёлся, хорошо! — осторожно заявила Ирина. — Больше мне сказать нечего…
Потом опять пили и танцевали, и Жека как всегда в такой ситуации, порядком нахрюкался. Конец вечеринки помнил смутно. Но кажется, там было какое-то непотребство. То ли плясали голые, то ли лежали голые… То ли девки сиськами мерились.
Проснулся ночью на полу с гудящей, как вскипающий чайник, головой. Тихо бубнил телевизор, озаряя обширную тёмную комнату всполохами синего цвета вперемешку с тенями. Сначала не понял, где находится, потом врубился — кажется, пьяные пошли смотреть номер Ирины, до которого рукой подать — двадцать метров по коридору. Там ещё поддали, да и остались на ночь. Где все, кстати?