Олег ожидаемо прислал Витька и Клауса. Витёк был хорошим водителем и отменным бойцом, Клаус — просто отменным бойцом. Вот так сложилась жизнь… Когда-то начинали барагозить по району и считали себя равными друг другу, а теперь Жека стал боссом, а Клаус — простым охранником у него, считай, что мальчиком на побегушках. И это неравенство Жека ни в коем случае не хотел нивелировать.
— Тебе не стрёмно, что он у тебя как шестёрка на побегушках? — спросила Сахариха, узнав, кого прислал Олег. — Мы раньше вместе водку пили и хлеб ломали на районе, а сейчас ты его даже домой не пригласишь.
— Не, Свет, мне не стрёмно! — решительно заявил Жека. — У него был шанс подняться от рядового бойца. Десять шансов было чтоб подняться, он их все продинамил, последний шанс тут просрал. Ирка с ним не хочет больше мутить, да и он о ней не спрашивает — разошлись, как в море корабли. Пусть поработает пока так. Захочет больше денег иметь — пусть расширяет зону ответственности.
— Это какую зону ответственности? Такую, что ли? — Сахариха показала Жеке сицилийскую сарагу и сунула нож в узорчатые ножны, пришитые к левой поле куртки с левой стороны. При случае или форс-мажоре можно было сунуть правую руку за пазуху и моментально выхватить нож.
— Именно такую! — расхохотался Жека. — Всё, погнали! Посмотрим, что там за театр.
Ехать предстояло в неблагополучный район у берега Майна, где Жека со Светкой гуляли в ночном клубе «Robert Johnson». Это там они опрокинули уличного босса-дилера дури, итальянца дона Моретти. И теперь предстояло навестить эти трущобы опять…
Глава 15
Театральная студия «Эридан»
Витёк осторожно вёл машину по узкой улице Швайцер района Заксенхаузен. По сторонам стояли старые дома постройки начала века. Часть из них была относительно недавно отремонтирована, а часть выглядела чуть ли не развалинами, в которых прозябали алкаши, торчки и нелегальные мигранты.
— Райончик так себе, непрезентабельный! — заявила Сахариха, разглядывая окружающую местность.
— Свет, это район для развлечений, — возразил Жека. — Ну да, как бы не миллионеры тут живут, но и не совсем нищеброды.
Жил тут средний класс, не претендующий на изысканность и покой, молодые люди, жадные до развлечений и только начинающие познавать жизнь, студенты, разного рода богема, иногда спившаяся, сторчавшаяся и ведущая в целом неблагополучный образ жизни. Однако здесь работали и процветали достаточно модные и популярные кафе, бары, рестораны и другие развлекательные заведения сомнительной направленности, вроде массажных салонов, порнографических кинотеатров, стрип-баров и борделей. Неблагополучность района лишь придавала пикантной остроты к ощущениям от похода по злачным местам. Ведь шанс словить перо в бок от обдолбанного торчка — это так круто, если сравнивать с прозябанием в безопасном офисе.
Улица ярко освещена неоновыми вывесками, и от этого было светло, почти как днём. Предприимчивые китайцы прямо на тротуаре ставили столы, мангалы и жарили сосиски, продавая их с пивом, ящики которого стояли тут же на асфальте, чуть накрытые навесами и грязными дерюгами от воров. И прохожие, как ни странно, бойко покупали всё это, несмотря на дороговизну и сомнительное качество. Наверное, считали за одну из достопримечательностей района Закспенхаузен. Через каждые двадцать метров на обеих сторонах улицы стояли проститутки, одетые очень легко, несмотря на холод. Некоторые проститутки, видя медленно едущую через толпу машину и предполагая, что это возможные клиенты, кричали и распахивали куртки, показывая голые груди со сморщившимися от холода сосками. Кроме них, то и дело шныряли подозрительные типы, по виду — наркодилеры. Торговали дурью внаглую — сами приставали к прохожим, иногда, найдя клиента, отводили его в сторону, в тёмные боковые проезды между домов, где и совершали свои сделки.
Кроме всей этой шушеры, на удивление, людей на улице было много, и многие из них одеты очень прилично. Светка заметила это, всё-таки не преминув заметить, что район похож на клоаку.
— По крайней мере тут крутятся хорошие деньги, — заявил Жека. — Смотри сама — работают дорогие заведения. Даже кинотеатры есть. В ниггерском и турецком кварталах вообще ничего нет — выжженная земли. Тупые долбоклюи выдавили грабежами и наездами всех предпринимателей и теперь за булкой хлеба ходят в соседние районы.