— Итальянец, — согласился Шотц. — И, как вы, наверное, догадались, из семьи Дженовезе.
— Но как это возможно? — удивился Жека и нанёс ещё один точный удар. — Он же мафиози.
— Нет, — покачал головой Шотц. — То, что Антонио принадлежит к известной преступной семье, ни о чём не говорит. За ним самим ничего противозаконного не замечено. Наоборот, он ярый спонсор и меценат всех городских начинаний. Обычный бизнесмен. К нему у правосудия абсолютно никаких претензий нет. Перед законом он чист.
— Но его охрана… Она похожа на гангстеров! — притворно возмутился Жека. — Видно же, что они профессионалы и, судя по татуировкам, неоднократно сидели в тюрьме!
— А вы думаете, его охрана из итальянцев? — усмехнулся Шотц. — Нет. Эти парни — швейцарцы. Профессиональные военные и наёмники. Лучшие воины, которых можно найти в Европе. Они охраняют папу римского. Эти люди не прошли отбор в папскую швейцарскую гвардию по каким-то причинам и пошли к частному работодателю. Им оказался Антонио Дженовезе, честный предприниматель и щедрый меценат. Так что, господин Соловьёв, гораздо больше вопросов к вам, чем к ним.
— Ко мне? — удивлённо спросил Жека и совершил ошибку — шар не попал в лузу. Шотц мог трактовать это как то, что Жека дрогнул, услышав слова шефа полиции о вопросах к нему.
— Да. К вам, господин Соловьёв, — согласился Шотц. — Естественно, после нашего знакомства я полез разузнать о вас кое-что. Это разумный поступок, учитывая мой чин. И мне сказали, что у вашей девушки просроченная туристическая виза. Хорошо, что она не ходит никуда и её документы не проверяет полиция. Иначе она давным-давно была бы депортирована.
— Но это случайно! — возразил Жека. — Приехав сюда, мы сразу же занялись запуском своего бизнеса, поэтому пропустили все сроки.
— Это распространённая ошибка, поэтому-то о вашей досадной случайности не знает никто, кроме меня, — заявил Шотц. — Но вам нужно в срочном порядке урегулировать этот вопрос. Я могу дать рекомендацию, к кому обратиться и что говорить.
— Почему вы помогаете мне? — прямо спросил Жека, взглянув в глаза Шотца.
— На самом деле это очень просто, — рассмеялся Шотц. — Я патриот своей земли и своего города. Естественно, я рад, что такие люди как вы приезжаете, открываете свой бизнес и начинаете менять мою родину к лучшему.
Жека тут же подумал, что Шотц-то стреляный воробей оказался. Жекино желание вылезти из подвала, конечно же, таило в себе и некую опасность, но, как он справедливо догадался, немцы никогда не депортируют ни одного денежного мешка. Да они ни одного незаконного мигранта из Африки или Азии не депортируют!
— У вас есть все шансы получить постоянную визу на жительство, господин Соловьёв. Стать гражданином Германии, — напомнил Шотц. — И вам, и вашей подруге.
— Хорошо! Что для этого надо сделать? — согласился Жека, наблюдая, как шеф полиции вколачивает шар в лузу. Шар, правда, не самый сложный был — биток стоял прямо напротив него, под углом в 90 градусов.
— Послезавтра состоится благотворительный бал и приём в городском концертном зале Festhalle на Гамбург-аллее, — спокойно сказал Шотц. — Вам нужно пожертвовать определённую сумму в фонд развития города. Не менее 100 тысяч марок. После этого можете обращаться в департамент миграции. Я посодействую решению вашего вопроса.
— Прекрасно! — рассмеялся Жека. — А вы хорошо играете! Не желаете выпить?
— С удовольствием! — согласился Шотц. — Я не из тех, кто бесконечно играет в бильярд. Пора дать стол другим.
Жека гадал, что же будет пить шеф полиции. Раньше он думал, что все немцы, как показывали в фильмах про войну, пьют непременно шнапс, а шнапс в фильмах был показан какой-то мочой. Да, шеф полиции пил шнапс, но этот напиток был 40 градусов крепостью!
Шотц заказал литровую бутылку шнапса с вишней на этикетке и две тарелки жареной свиной колбасы на закуску.
— Куда столько? — осторожно спросил Жека, думая, что литряк в два рыла осилить тяжеловато будет, если Шотц начнёт гнать коней и подливать.
— Разве это много? — усмехнулся Шотц. — Попробуйте. Вам понравится.
Шотц разлил прозрачный напиток по небольшим узким рюмочкам-снифтерам. Жека понюхал — у шнапса была удивительная смесь вишнёвого аромата и спиртового запаха.
— Это и есть тот самый знаменитый немецкий шнапс? — спросил Жека.
— Строго говоря, нет, — не согласился Шотц. — Именно этот напиток называется Киршвассер, то есть «вишнёвая вода». Его можно отнести к шнапсам, но всё-таки это отдельный напиток, такой же, как виски, например, или ром. Попробуйте.