Жека попробовал киршвассер. Крепость чувствовалась, но чувствовалась сладость и вишнёвый вкус. И немного ощущался аромат миндаля — похоже, сусло для киршвассера делали, не отделяя вишню от косточек. Вкус ему понравился. Можно использовать этот киршвассер как напиток для посиделок, но напиться им было довольно трудно — после третьей рюмки уже хотелось замахнуть что-нибудь горькое и перебить эту приторную сладость.
— Очень хорошо! — согласился Жека, заедая киршвассер куском свиной колбасы. — У вас есть вкус!
— Да никакого вкуса нет! Это же национальный напиток из нашей области! — рассмеялся шеф полиции. — Пьётся он по случаю. Вот, вас познакомил с ним, господин Соловьёв.
Антонио Дженовезе, сидевший в одиночестве поодаль, увидев, что у шефа полиции намечается посиделка, захватил бутылку итальянской граппы — грубой виноградной водки и, не спрашивая разрешения, сел на свободное место.
— У вас тут весело! — полуутвердительно сказал Антонио. — Присоединюсь, пожалуй что.
— И правильно сделаешь! — заявил Шотц. — Киршвассер будешь?
— Нет, я граппу! — Антонио потряс бутылкой. — Кто будет этот напиток богов?
— Давай я попробую, — решился Жека и протянул свой снифтер.
— Смотри, самогонка может показаться гремучей, — усмехнулся Антонио. — Это напиток для крепких духом людей.
— Я как раз из таких! Наливай! — заявил Жека. — Я ни разу не пробовал ээти напитки, поэтому ничего не знаю.
— Это Джовани бьянка, — сказал Антонио. — Молодая граппа крепостью 50 градусов.
Вкус у напитка был резкий, но сам по себе ароматный, отдавал ванилью, корицей и шоколадом.
— Неплохо! — признался Жека.
Посидели ещё немного, потом к застолью подключился шеф госбезопасности области Гессен Франц Вебер, весёлый мужик лет сорока, одетый в гражданский костюм и галстук.
— У вас тут всё веселее и веселее! — заметил он. — Надоели эти старикашки. Посижу с молодыми.
— Я как раз собрался подышать воздухом, — сказал Антонио, потом обратился к Жеке: — Не хочешь составить компанию?
— Пойдём сходим проветримся, — пожал плечами Жека. — Здесь и в самом деле, кажется, стало слегка жарковато.
Вышли во внутренний дворик, где находился небольшой фонтан, сейчас не работающий, и гранитные лавочки вокруг него. Телохранители заняли места вокруг, внимательно оглядываясь по сторонам. Антонио предложил Жеке ароматную доминиканскую сигариллу и тут же уверенно заявил:
— Я знаю тебя. Ты недавно приехал из России и открыл ресторан в Эшборне.
— Всё так, — согласился Жека, закурил сигариллу и тут же поперхнулся — была она порядком крепка.
— Франкфурт город опасный… — неопределённо сказал Антонио. — Здесь всё кажется не таким. Деловые люди должны дружить друг с другом, чтобы не попасть в беду.
— А я не против дружить с достойными людьми, — заметил Жека. — Ты, кстати, знаешь Луиджи Дженовезе?
Тут настала очередь Антонио закашляться, но уже от удивления.
— Откуда ты его знаешь? — спросил он.
— Видел в Москве полгода назад, — осторожно ответил Жека. — Мы подписывали контракт на поставку итальянской техники по производству продовольственных товаров. Он сидел в представительстве фирмы FATA group.
— Это мой родной брат, — ответил Антонио.
Вот так да… Только к добру ли Жека помянул про того сицилийца?..
Глава 24
Смерть Белого дракона
— И как тебе мой братец? — усмехнулся Антонио.
— Не знаю, — пожал плечами Жека. — Ничего не могу сказать. Он работал в представительстве FATA, но чем занимался там, я не знаю. Все переговоры я вёл с неким Фабрицио Конти.
— Конти… Это известная, уважаемая фамилия, — заметил Антонио и опять налил Жеке и себе граппы. — Одна из старейших семей. Владельцы крупных бизнесов. Неприкасаемые. Фабрицио, как наследника семьи, отправили натаскиваться опытом в самую глухомань, в Россию. И он хорошо пополнял семейный бизнес на выгодных контрактах.
— Я думал, он обычный бизнесмен, — сказал Жека, пробуя граппу. — Показался мне культурным и вежливым.
— Ха-ха-ха! А ты думал, мафия — это непременно накачанные гангстеры, которые крушат всех подряд? — рассмеялся Антонио. — Это стереотипы. Совсем не так. Мафия вхожа к министрам и президентам. Живёт в старинных замках и имеет свои виноградники с фамильным вином, ведёт свои дела ещё с 18 века. Есть, конечно, и уличные силовые бригады, но они никогда не знают, кто настоящий дон.