Эмилия… Она была современной. Типичной молодой европейкой, для которой потрахаться с симпатичным парнем — как воды попить, невзирая на отношения с мужчиной. Поэтому никаких угрызений совести она не ощущала. Жека, в принципе, тоже, потому что привык к множеству женщин вокруг себя. Сахариха… Он думал, что она знает про его любвеобильные похождения, не дура же… Но относилась к этому наплевательски — пофиг, пусть гуляет, лучше бы домой пришёл живой. А вот Клод…
— Клоду тоже плевать! — махнула рукой Эми. — У него баб больше, чем звёзд на небе. Неужели ты думаешь, в своей рок-тусовке они, как скауты, целуют поклонниц в щёчки?
Вечером этого же дня Жека позвонил Олегу и сказал, что приедет в бар — побазарить надо. А базарить он хотел о расширении своей бригады. Можно было, конечно, дать это задание и лично Олегу, но он всё-таки решил пока лично смотреть будущих бойцов.
Сахариха, отработав весь день на объекте, сказала, что устала и никуда не поедет.
— Осторожней там, а то опять встрянешь в что-нибудь! — заявила она, листая модный журнал. — С тобой съездить?
— Не надо, Свет, отдыхай! — заявил Жека, надевая кожаную куртку и прикрепляя нож к поясу.
Промежду делом обзавёлся он хорошим ножом. Настоящей финкой, сделанной в Финляндии. Продавалась она вполне легально в магазине, торгующем охотничьими прибамбасами, и называлась «нож для резки мяса». Жека покрутил в руке. Хорошая костяная рукоять, идеальной формы лезвие. Упора для руки не было, но решил, что и так сойдёт. Самое главное, что финкарь продавался с ножнами, которые легко можно было прикрепить к поясному ремню для джинс. 100 марок стоила вещь, поэтому, не раздумывая, купил. Мало ли… А то и отмахнуться в случае чего нечем… Нож, который забрал у турок, был слишком большим и громоздким. Для конкретного дела он годился, а для повседневного ношения — нет.
В баре «У Маруси» в этот раз было непривычно тихо. Музыка не играла, что было странным. Прямо у крыльца, чуть не заехав на него, припаркован внедорожник «Форд», вымытый и отполированный чуть не до блеска. Жека поставил свой «бумер» рядом и легко, чуть не бегом, зашёл в бар. Посетителей почти не было, лишь в самом углу сидели Жекины охранники — Олег, Иван, Захар и Колян. Одеты в костюмы — видать, не успели переодеться после работы. Не было лишь Витька. Наверное, медитировал опять. Или молотил грушу дома, отрабатывал удары.
В центре, как хозяева, сидели четверо бородатых мужиков в кожанках и полукруглых белых шапках. По виду, абреки. Сидели просто так, потягивая чай из чашек. Жека подошёл к своим, поздоровался со всеми, заказал пива и жареных свиных рёбер.
— Чё сидите, как в штаны насрали, чё музла нет? — с удивлением спросил Жека, глядя на мрачные рожи.
— Эти вон пришли… — кивнул головой Захар, показывая на абреков, начавших коситься на Жеку и его активность. — Мужиков разогнали, сами сели и сидят. Музыку сказали чтоб выключили. И не сказать ничего, не будешь же драться с ними.
— Почему не будешь? — удивился Жека, прихлёбывая пиво. — Запросто можно навалять.
Жека подошёл к входной двери, закрыл её на задвижку, чтоб не мешали, потом направился к барменше и поздоровался. Работала сегодня Марина, дородная женщина лет сорока. Обычно она была весёлая и озорная, а тут выглядела совсем потухшей. Без остановки протирала бокалы и рюмки, стараясь не смотреть на абреков.
— Марин, включи Сектор газа! — громко сказал Жека, показав на большой музыкальный центр, стоявший на тумбочке за стойкой.
— Да тут эти… — испуганно округлив глаза, прошептала Марина. — Они сказали, в тишине хотят сидеть. Не едят, не пьют, только чай заказали…
— Да похер! — громко заявил Жека. — Включай! Чё сидеть-то как на поминках. Поугарать хочу.
— Эй ти! Музик нэ будыт! — громко сказал один из абреков, даже не глядя на Жеку. — Я так сказяля!
— Ты сказала? — Жека спокойно повернулся к абрекам. Были они здоровые и здоровые и крепкие на вид. Нагло прищурившись, трое из них смотрели на Жеку, словно ожидая, что он сделает.
— А ты кто такой? Погоняло как? — Жека взял бутылку виски со стойки бара, сделал глоток и медленно пошёл к горцам. Они продолжили сидеть, но уже с некой настороженностью смотрели на Жеку.
— Погонял у животнах, как ты, — также спокойно и так же не оборачиваясь, сказал горец. — А я чилавека. Я полевой командыр Абухалим. Я таких как ты горла рэзал! Музык тут ны будыт.
— Ну ладно… — пожал плечами Жека, сделал ещё глоток вискаря и размахнувшись, с силой звезданул литровой бутылкой виски по черепу Абухалима. — Неприлично базарить с людьми, отвернувшись и подставив сраку!