Помимо необходимости добиваться влияния на центральном телевидении нужно строить систему альтернативного телевидения – на сетевых принципах. Сверхновое русское ТВ может и должно одновременно выступить как предприятие современного бизнеса, самоокупаемое и успешное.
Центральные каналы телевидения показывают все что угодно, только не Россию. Как будто в стране нет ничего, кроме президента, Москвы, Чечни и Питера. Нет всей остальной страны – с ее красотами, потенциальными возможностями и великой историей. С 1991 года в глубине России идет своя жизнь, которую не хотят замечать в центре: люди в регионах борются с кризисом, находят удачные организационные решения, заводят новые производства, создают оригинальные товары и технологии, смелые проекты во всех сферах деятельности. На местах выдвигаются яркие, умные политики, предприниматели, организаторы местного самоуправления и менеджеры.
Идеология “телевизионной нации” работает сегодня против реальной нации. Русские лишены общения друг с другом, не знают о ценном опыте и удачных прорывах. Взамен им предлагают образ страны-помойки, страны-могилы, края вечной войны, развала и катастроф – с набором одной и той же московской “элиты”.
Современные вещатели так и не заполнили образовательную и научно-популярную ниши (и по ряду причин сами они подойдут к этому еще не скоро).
Идеология “телевизионной нации” работает сегодня против реальной нации. Русские лишены общения друг с другом, не знают о ценном опыте и удачных прорывах. Взамен им предлагают образ страны-помойки, страны-могилы, края вечной войны, развала и катастроф. Одно из решений – породить сетевое телевидение, опирающееся на десятки местных студий…
Информационные службы-“телекнопки” вряд ли смогут перестроить рекламно-коммерческое вещание и подчинить его интересам продвижения необходимых обществу знаний о правилах игры, о стратегии развития страны. Они “заточены” под другие задачи. Общепринятая идеология рейтинговых телевещателей довольно проста: “любая новость должна быть окошмарена”; “позитива не бывает – бывает реклама и PR”.
Огромные ресурсы политического и информационного влияния сосредоточены в руках узкого круга владельцев и менеджмента СМИ, связанных между собой неформальными отношениями, устанавливающих “теневые нормы” маниакально-депрессивной информационной политики, медиатеррора. “В телевизоре” практически нет взвешенной аналитической информации, воспитывающей государственную позицию гражданина России, направленной на формирование слоя универсально образованных людей. Бесконечные ток-шоу, концерты поп-звезд и реалити-игры бездарно скопированы с западных аналогов. Ничего своего у “академиков ящика” нет.
Есть в нынешнем ЦТ и другая сторона: оно слишком дорого. Минута рекламного времени в прайм-тайме стоит до 30 тысяч долларов. А это значит, что отечественный предприниматель и производитель не могут пробиться к обществу. Отсюда – засилье рекламы иностранных товаров и пива. Будто в России ничего больше нет…
Но это положение можно изменить. Тем более что подобное в истории уже было.
В США 60-х гг. существовал набор всеамериканских телеканалов и масса местных разобщенных студий, вещавших в радиусе действия своих передатчиков. В нынешней РФ есть десятки региональных и городских ТВ-каналов, которые не связаны друг с другом. У них – масса проблем. Рекламодателей и новостей не хватает, нет возможности заполнять сетку вещания хорошими программами. Ресурсов на то, чтобы готовить качественные программы, фильмы и сериалы, просто нет. Они обречены вариться в собственном соку, буквально вымучивая новости, поневоле замыкаясь в тесных “местечковых” рамках. В то же время они накопили богатейший и интереснейший материал по своим городам, областям и краям, который пока остается запертым.
Решение напрашивается само собой: покончить с засильем самодовольных центральных каналов так же, как это сделали американцы, – породить сетевое телевидение, опирающееся на десятки местных студий с их неиспользованными возможностями. “Американцы в семидесятые создали сетевые агентства, которые сначала наладили обмен материалами между региональными телекомпаниями, – рассказывает режиссер и продюсер Иван Сидельников. – Где-нибудь в штате Юта охотно смотрели документальные ленты и новости с Аляски – и наоборот. Затем агентства стали поставлять свои информационно-аналитические программы, которые обходили федеральные каналы по популярности”.