Проблема «отцов и детей», конечно же, существует не только в классической литературе. Но мы как-то специально забыли, что тут важны и взаимное доверие, и взаимная ответственность, а не конфликт, не разведение мостов, не насильственное внедрение идеи о непонимании «темными предками» своих отпрысков, «просвещенных СМИ». Между прочим, опрос ЕНМЦ 2001 года на тему «Молодежная культура и молодежные средства массовой информации» дает весьма любопытные мнения. В частности, 19,7 % молодых людей считают, что в СМИ необходимо ввести цензуру, 40,2 % относятся к рекламе «скорее отрицательно, чем положительно», а 24,3 % однозначно отрицательно! Более трети опрошенных социологами (37,6 %) молодых людей подчеркнули мелкотемье молодежных передач, — им надоели избитые «тусовочные» темы. Но именно мнение этой трети молодежи совершенно не интересует СМИ.
У психологов есть такое понятие — «подростковый цинизм». Им «болеют» молодые люди в возрасте от 12 до 15 лет. За понятием стоят реальные психологические процессы, суть которых в том, что подросток «проверяет на прочность» табуированные границы культуры и нравственности. Переступая их намеренно, он ждет реакции от взрослых и оценки этому акту нарушения. Если он встречает социальный, культурный и общественный отпор, то он начинает признавать эти «пограничные зоны», считаться с ними и уважать их. Если же ответного действия не последовало, то он нарушение принимает за «новую норму», а сами границы считает не обязательными. Увы, в современной культуре именно взрослые первыми нарушили традиционные запреты и агрессивно утвердили их в качестве «свободных мнений».
Кажется, мы уже напрочь забыли о бескризисном целом сознании. Всякий человек переживает в течении жизни несколько кризисов, в том числе подростковый и юношеский. Но именно «кризисы молодости» «связаны с обнаружением того, что в собственном “Я” — ничего собственного нет, а есть только присвоенное из внешней культуры, что в пределах собственной жизни — собственного смысла нет (есть лишь окружающие чужие смыслы)». Внешняя культура, о которой говорит В.И. Слободчиков, предлагает как правило такие культурно-идеологические схемы, которые категорически упрощают действительность. Культура в ее поп-варианте (что сегодня синоним «молодежной») исключает возможность диалога с ее потребителем, а, следовательно, ничего не дает собственно «Я» человеку. Политика всегда составляла и составляет неотъемлемую часть поп-культуры, сколько бы не заявлялось о ее нонконформизме и сколько бы не старались резко обозначить границу ее отделенности от мира. Практически все течения молодежной субкультуры жестко контролировались и контролируются идеологами. Разве это не идеология, если, например, образ идеального панка включал в себя такие признания: «Я — идиот», «Я — агрессивен», «Я — извращенец», «Я — дерьмо». А центральная идея такой идеологии заключена в формулу — «У меня нет будущего».
Потребность молодого человека в «оформлении себя» в мире активно контролируется «взрослыми дядями», предлагающими пошло-стандартный культурный набор: мода, разговор о самом интимном, секреты красоты, новинки кино и видео, презентации компьютерных игр, шоу-бизнес и жизнь звезд, магию, гороскопы, предсказания. На глянцевой «красоте» и «красивой жизни» подобных журналов и передач лежит печать духовной порочности. И, в сущности, они толкают человека, их принимающего, к положению пассивного маргинала, но никак не взрослой социально-активной личности. Вот, например, в рекламной завлекаловке военной компьютерной игры RIOT STARS говорится, что «вы затеяли некий мятеж с дьявольски корыстными целями в некоей цветущей империи», а потому игра дает наслаждение от степени одновременных и грандиозных разрушений и повреждений. В другой игре можно мчаться по городу на мотоцикле, не соблюдая правил дорожного движения, «сбивая тормозных пешеходов». Если проиграешь, то из тебя сделают посмешище: «Помимо моральных опусканий могут дать бутылкой по шлемаку, либо запинать ногами, причем не последней в этом деле выступает ваша любимая девушка». Комментарии, как говорится, излишни. Хочешь не подвергнуться «опусканию» — дави пешеходов! Столь простая формула успеха именно через развлечение вбрасывает в сознание не просто «идею успеха», но успеха грубого, примитивного, не требующего труда и культурной работы. Все это подстрекательство молодежи к «безлюбости и бесштанности», к безмыслию, безверию и бездеятельности на наших глазах обернулось реальной трагедией последнего поколения ХХ века — поколения 90-х. Мне же представляется необходимым отметить следующее: да, журналы, книги, передачи, посвященные подросткам и юношам нужны — они были, есть и будут. Но опасна сама идея создания некоей замкнутой, кастовой сугубо «своей» субкультуры, в которой «свои законы», свои прихоти, свои клички и авторитеты, свои фишки, чума и шара…