Глава III
Главный оппонент
Июль, 1999
1
Солнце поднялось.
С острова было видно, как дымят в Благушино трубы.
Запах березовых дров несло над рекой, в нем не было тревоги. Так всегда бывает вдали от больших городов. Остров, затерянный на реке вдалеке от Энска и Томска, Семину сразу понравился. Несколько деревянных коттеджей. Заброшенные травянистые полянки, пляжи. Террасу столовой огораживала кованая решетка с пущенными по ней сизыми морскими коньками; каменистый берег обрывался в воду. По гребню обрыва бежала в ельник узенькая тропинка. Это Золотаревский не замечал такую блаженную красоту. Сидел у окна, разбирал бумаги, сверялся с законодательными актами, высвеченными на экране ноутбука. Приватизация, документы на право собственности. Не поднимая головы, бубнил: «Общество является юридическим лицом… Учредитель – Государственный комитет Российской Федерации по управлению государственным имуществом…» Это все про «Бассейн», бубнил. Ведение реестра поручено Сибирской регистрационной компании… Выбор был, но Липецкий выбрал Шермана Израиля Юрьевича…
Семин поморщился.
Не надо было поддаваться на уговоры юриста.
«Одним махом решим проблему! Встреча с первым замом губернатора решит все! Владимир Алексеевич – реалист. Если обладминистрация выкупит акции у КАСЕ, это стабилизирует положение!» Конечно, ничего такого не произошло, поэтому теперь Золотаревский и бубнил так старательно. «Владельцы привилегированных акций имеют право на получение ежегодного фиксированного дивиденда, – бубнил. – Общая сумма, выплачиваемая в качестве дивиденда по каждой привилегированной акции устанавливается в размере десяти процентов чистой прибыли Общества по итогам финансового года, разделенной на число акций, составляющих двадцать пять процентов уставного капитала ОАО «Бассейн»… Если сумма дивидендов, выплачиваемая по каждой обыкновенной акции, превышает сумму, подлежащую выплате по привилегированной акции, размер дивиденда, выплачиваемого по последним, должен быть увеличен до размера дивиденда, выплачиваемого по обыкновенным…»
– Просто, правда? – чтение документов успокаивало юриста.
«Совет директоров не имеет права объявлять промежуточные дивиденды, если это может привести к ухудшению финансового положения общества… Годовое собрание проводится не ранее, чем через два месяца, и не позднее, чем через шесть месяцев после окончания финансового года… На годовом собрании решается вопрос об избрании Совета директоров Общества, ревизионной комиссии, аудитора годового отчета… Решаются вопросы бухгалтерского баланса, счета прибылей и убытков общества, распределения прибылей и убытков…»
– А вот смотри, – преувеличенно радовался юрист, сверяясь с нормативной базой. – Здесь указано, что смена директора на годовом собрании акционеров принимается простым большинством, а в другом месте – двумя третями от присутствующих.
И засопел нагло: «Акционер, владеющий в совокупности не менее, чем двумя процентами голосующих акций Общества, имеет право выдвигать кандидатов на пост генерального директора Общества, в Совет директоров и в ревизионную комиссию… Члены Совета директоров и члены Правления всегда обязаны соблюдать лояльность по отношению к собственному Обществу… Если член Совета директоров или член Правления имеет финансовую заинтересованность в сделке, одной из сторон которой является или намеревается быть Общество, он обязан сообщить о своей личной заинтересованности Совету директоров…»
– Представляешь? Мужик врывается в страховую компанию. «Где здесь начальство?» – «А чего изволите?» – «А вот срочно, прямо сейчас, в эту вот минуту застрахуйте меня от насильственной смерти, а жену от изнасилования, а дочь от потери девственности, а машину от взрыва, а квартиру от погрома». – «Нет проблем. К вашим услугам». – «Ну, так начинайте, не тяните, черт вас возьми, а то пацаны конкурента ко мне уже выехали». – «Так может вам обратиться в милицию?» – «Я разбогатеть хочу, а не потерять последнее».
Семин покачал головой.
Первый зам губернатора ему не понравился.
Владимир Алексеевич оказался сильно расплывшимся молодым человеком с нависающими над глазами надбровными дугами. Такому тридцать никогда не дашь, выглядит на все пятьдесят. Молчал, пыхтел, приглядывался к Семину. Генеральный директор энергетиков Плетнев Константин Николаевич совсем его не заинтересовал, но вот Семин… Чувствовалось, как энергично работают мозги чиновника. Что, дескать, за человек? Откуда? Насколько значителен? Непонятки нервировали первого зама. «Губернатор сам хотел вас видеть, но вы уже знаете, наверное… Рем Иванович прилетел…»
– Знаем.
Плетнев представил:
– Семин Андрей Семенович.
Он не сказал «от Анатолия Борисовича», но что-то такое в его голосе угадывалось. Чтобы не длить внезапно наступившую неловкую тишину, продолжил:
– Нам важно, Владимир Алексеевич, понять позицию губернатора. То есть понять его отношение к ситуации, сложившейся вокруг ОАО «Бассейн». – Посмотрел на насторожившегося зама: – Наше присутствие в акционерном капитале сейчас порядка тридцати процентов. Конечно, мы хотели бы проводить единую политику с областью. Тем более, что уже подписан протокол о строительстве перевалочной базы в Благушино, утверждена программа закладки энергетической магистрали на севере региона. Неосторожные решения могут повлиять на благоприятное течение событий. Например, мы знаем, – пояснил он, – что недавно к генеральному директору «Бассейна» приходил господин Кузнецов с предложением увеличить цену перевозок сразу на двадцать пять, а то и на тридцать процентов. Не поддержи мы Липецкого, все работы по строительству вышли бы за утвержденный бюджет. Ваш человек в совете директоров, – мягко упрекнул Плетнев, – проводит довольно своеобразную политику…
Первый зам скривился, как от зубной боли:
– Да, да. Работаем мы пока не так дружно, как хотелось бы… Но сложившуюся ситуацию мы обсуждали… И уверены, что подписанная участниками конфликта декларация о намерениях снимет недоразумения… Мы даже расширили декларацию, вот взгляните на вариант… – Он передал бумагу Семину. – Вполне возможно, что мы приобретем акции у КАСЕ. Так что, основные недоразумения будут сняты.
Семин внимательно пробежал глазами бумагу.
– Я бы исключил пункт о намерении обладминистрации приобрести одновременно пакет акций и у коммерческих организаций. Если такой документ, Владимир Алексеевич, попадет в руки прессы…
Владимир Алексеевич кивнул.
Все вроде шло хорошо. Но Семин не поверил первому заму.
Особенно насторожился он после клятвенного обещания подписать документ на следующей неделе. Точнее, где-то в ее конце. «Понимаете, Андрей Семенович… Занятость губернатора…» А особенно насторожила дважды повторенная просьба не предпринимать никаких активных действий до того, как губернатор подпишет декларацию.
2
Обедали на открытой террасе.
Пахло теплым кедром, лиственницей, смолой. Пахло большой водой, медленно катящейся к северу. Человек пять отдыхающих чинно позвякивали вилками, стеклом. Смазливые девчонки в коротеньких беленьких сарафанчиках живо разносили приборы. Казалось, жизнь установилась в своем течении и так будет тянуться долго. Но надрывно рявкнул подходя к берегу катер, и Золотаревский сразу напрягся.
– Что там?
– Это же Кузнецов.
– Ну и что?
– Мне никак с ним нельзя встречаться.
– Почему?
– Есть причины…
И исчез, успев опрокинуть еще одну рюмку.
А Кузнецова Семин сразу узнал. Не мог не узнать. По запаху агрессивного мужского одеколона, по уверенной поступи. По смеющемуся взгляду победителя, по особой походке. В Водном институте во времена студенчества Славка Кузнецов вел самую активную жизнь – занимался танцами, каратэ, эффектно прыгал на стену, в повороте бил ногой, гонял взятую напрокат машину. Но вот в учебе, к сожалению, все больше верхушки сшибал. Любил шляться по дискотекам. Однажды разогнул саксофон у чувака, лабавшего в местной группе, в другой раз – привязался к солистке группы. Был выброшен в окно. К девчонкам относился просто, считал, что у них только две проблемы: вовремя предохраниться и вовремя забеременеть. Светку, свою будущую жену, Семин как раз вырвал из жадных Славкиных рук. Досталась Семину жадная дура, а Кузнецов и не заметил, что у него бабу увели. В Энск когда-то приехал в потрепанном пальто, в разношенных ботинках, мечтал вернуться в родную Алма-Ату на дорогой машине, в качественной дубленке, в забугорных шузах, но мать возвращения сына не дождалась – спилась, погибла. Спился, погиб отец. В школе Славку лупили одноклассники, в институте он сам всех лупил. Жены от него быстро уходили. «Да это я их сам под ключ сдаю новым мужьям, – смеялся Кузнецов. – Вместе с тещами».