И Иван IV, и Петр I потерпели поражение в собственной семье: один в состоянии аффекта убил своего сына и должен был передать трон слабоумному, второй велел за-пытать своего сына до смерти и, в конце концов, уступил власть придворной клике… Чья трагедия была глубже — подозрительного, терзаемого болью, постоянно мечущегося между страхом и садистской ненавистью Ивана IV или геркулеса Петра I, обезглавившего гидру, все-таки очистившего авгиевы конюшни, но оказавшегося в конце концов всего лишь Сизифом? Вопрос до сих пор открыт.
Франк Кемпфер
ФЕДОР (I) ИВАНОВИЧ
1584–1598
Федор (I) Иванович, род. 31.5.1557 г., коронован 31.5.1584 г., умер 6.1.1598 г., похоронен в Кремле. Отец — Иван IV, мать — Анастасия Романова (около 1530/32 — 7.8.1560 гг.). Женился в 1574 г. (или 1580 г.?) на Ирине Федоровне Годуновой (умерла в 1604 г. под именем инокини Александры); дочь Феодосия (1592–1594).
Дважды русский царский трон занимали слабоумные — Федор I и Иван V (см. главу «Иван V и регентша Софья»). При царе Федоре двор — прежде всего родня царицы Ирины во главе с ее братом, энергичным Борисом Годуновым — держал в тайне физические и психические недостатки государя, так что наружу проникали большей частью только подозрения, а в остальном пересказывалась легенда о праведной жизни обладателя трона, стилизованная русской летописью под церковно-славянский язык. За границей тоже прислушивались к такого рода соображениям: когда англичанин Джайлс Флетчер в 1591 г. напечатал свое сочинение «О государстве русском», то «Muscovy Company» в интересах дела старалась своими критическими замечаниями помешать распространению книги.
При вскрытии места погребения Федора в усыпальнице московских Рюриковичей русские ученые сделали медицинское заключение на основании изучения скелета. Тогда один из ведущих историков, М. Н. Тихомиров, сделал следующий вывод: «В то время на московском троне в шапке Мономаха и царском облачении сидел физический и умственный урод». Возможно, это выходит далеко за границы опубликованных сообщений антропологов, но мы можем предположить, что специалистам были доступны данные, обосновывающие такое уничтожающее заключение. Единственная подробная характеристика очевидца была дана Джайлсом Флетчером, который опирался на наблюдения Джерома Горсея. Она дополняет картину всесторонней слабости впоследствии не оправдавшимся, но тем не менее характерным прогнозом о том, что из-за своей конституции царь не сможет иметь детей. Не только он указывает на постоянную идиотскую ухмылку царя. Федор внешне был «низкорослый, довольно слабый и недоразвитый, лицом бледен, склонен к водянке, с ястребиным носом, ходил неровным шагом от слабости в ногах, был тяжел и малоактивен, всегда улыбался, но без живости. Что до внутренних качеств, напротив, придурковатый и несообразительный, но очень ласковый и с легким характером, не воинственный, не очень подходивший для политической деятельности, очень суеверный и не знающий в этом предела». Своими словами Флетчер подтверждает археологические данные о том, что у Федора была очень маленькая голова и большой орлиный нос; это поднимает изображение на парсуне, которое до сих пор оценивали лишь как сомнительное, до уровня портрета.
Если можно приписать царю какие-либо политические события того времени, то это могут быть только внешнеполитические успехи карьериста Бориса Федоровича Годунова, человека, который во внутренней политике противостоял княжеским кланам, а с 1587 г. официально стал регентом империи. В зарубежных источниках Бориса Годунова называют «губернатором Русской империи». Возобновление войны со Швецией, а в 1595 г. относительно выгодный мир, заключенный в Тявзине, вероятно, прошли мимо царя, равно как и целенаправленное покорение и укрепление Западной Сибири. Однако Федор Иванович был втянут в начатые в 1586 г. переговоры о повышении ранга епархии до патриархии. Торжественное провозглашение патриархии Московской и всея Руси в 1589 г. стало конечным пунктом русских усилий со времени коронации Ивана IV в 1547 г. До сих пор неясно, сообщили ли вообще Федору о гибели его сводного брата Дмитрия Ивановича 15 мая 1591 г. и о том, как это произошло. (Подробно об этом периоде см. в главе «Борис Годунов».)
Хельмут Нойбауэр
БОРИС ГОДУНОВ
1598–1605
Борис Годунов, род. в 1552 г., боярин с 1580 г., регент в 1587–1588 гг., избран на царство 17.2.1598 г., коронован 9.3.1598, умер 13.4.1605 г., под именем инока Боголепа похоронен в Кремле, при Василии Шуйском перезахоронен в Троице-Сергиевом монастыре. Отец — Федор Иванович Годунов, мать — Степанида Ивановна (инокиня Сундулия). Женился в 1571/72 г. на Марии Скуратовой-Бельской (умерла 10.6.1605 г.); сын Федор (1589 10.6.1605, царствовал в 1605 г.), дочь Ксения (умерла в 1622 г. под именем инокини Ольги).
Во впечатляющей вступительной сцене оперы «Борис Годунов» композитора М. П. Мусоргского, который сам написал либретто по драме А. С. Пушкина и назвал ее «музыкальной народной драмой», толпа народа, стоя на коленях, умоляет боярина Бориса Федоровича Годунова, избранного на царство, принять царскую корону. Молящих окружают вооруженные приставы, которые следят за ними и пинают их. Сцена показывает равным образом беспомощность vox populi (голоса народа) и его подверженность влиянию. Обстоятельства выбора царя в последние дни июля 1598 г. были совершенно необычными, не имеющими прецедента: правившая до тех пор династия пресеклась после смерти Федора Ивановича. Можно допустить, что выборы Годунова означали возможность создать по меньшей мере видимость генеалогической непрерывности. Близость Годунова к царствовавшему дому была документально подтверждена еще за несколько лет до этого: ему разрешалось прибавить к прочим своим служебным званиям титул «шурина его царского величества», это могло означать своего рода генеалогическую непрерывность. Конечно, этого было недостаточно для того, чтобы убедительно обосновать притязания на престол, но Годунов обладал политическим опытом, а влиятельные круги Московского государства, со своей стороны, хорошо знали его.
Его возвышение произошло удивительно быстро: сын не очень состоятельных родителей, родившийся в 1552 г., он вступил в «опричнину» царя Ивана IV (см. главу «Иван IV Грозный»). По-видимому, он не особенно выделился во время террористических акций, но, без сомнения, полезным для него оказался брак с дочерью внушавшего страх опричника Малюты Скуратова. Борис и его сестра Ирина Федоровна оказались при дворе и открыли для себя знаменательные виды на будущее. Брат, которому еще не было 30 лет, в 1581–1582 гг. получил боярский чин, благодаря чему приблизился непосредственно к трону. Вероятно, еще важнее был брак сестры с наследником престола Федором Ивановичем (см. главу «Федор I Иванович»).
Царь Иван IV ввиду неспособности слабоумного Федора к управлению государством учредил своего рода регентский совет. Его членом был и Годунов, который по своему положению, с точки зрения семейной традиции, сначала стоял настолько же ниже других членов этого совета, насколько и Малюта Скуратов.